В дверь моего особняка неспешно стучит знакомый голос Ефима. Виски из хрустального стакана теплеет под боковым светом телевизора. Я чувствую, как алкоголь окутывает меня теплой пленкой, делая мир более мягким и удивительным. Сегодня новый контракт с командой — и новая удача, которая заставляет сердце биться быстрее....
Обхватывает мою шею обеими руками и лопочет задумчиво.
— Дядя, дядя…
— Я твой папа! — выпаливаю как на духу.
— Папа?! — в голосе малыша слышится удивление. — Папа, — повторяет он и хлопает ладошками по моей небритой ряхе. — Папа!
Бл.ть! Меня накрывает с головой от необъяснимого счастья. Мой собственный сын признал меня.
— Ой, нашла! — восклицает от холодильника Оливия. Смотрит на нас с Дамиром ошалело. А в глазах слезы стоят. — Как подогреть? — оглядывается по сторонам.
Да, для Риткиной кухни путеводитель нужен.
«Ну, или Дамира попросить. Он поможет», — улыбаюсь счастливо.
— Микроволновка где? — тянет растерянно Оливия. Все панели закрыты, и трудно догадаться, что за ними.
— У нас точно нет, — категорически мотаю головой.
— Как нет? — охает девчонка.
— Да мы ж нищеброды, еще не заработали, — снова шучу, как пацан. — Вот тут, — нажимаю кнопки на столешнице. И из ее недр выезжает варочная панель, больше похожая на НЛО.
Включаю ее. Загорается приборная доска, увеличивающая сходство с тачкой пришельцев.
— Ой, — снова повторяет Оливия. А малыш от обилия огоньков радостно подпрыгивает у меня на руках.
— Теперь кастрюлю ищи, — киваю на нижние ящики, куда еще не успел добраться мой сын.
Оливия поспешно поднимает за ним всякие крышки, пакеты и прочую неведомую херню. Кладет на место. Находит, наконец, ковшик и ставит разогреваться молоко.
Достаю с полки кружку, выбирая самую маленькую.
«Где мне это печенье искать?» — думаю лихорадочно.
— Неть, — заявляет мелкий тиран.
— Что на этот раз? — непонимающе смотрю на Олю.
— Кружку свою с петушком хочет, — поясняет она и добавляет печально. — Нам бы домой съездить. Вещи привезти. Горшок, чашку, игрушки. И мне конспекты лекций нужны. Их точно не купишь, — добивает последним доводом.
— Скажи, где что лежит, — отрезаю строго. — Я людей отправлю в Атаманский. Съездят, привезут. А вам с Дамиром там делать нечего.
— Все так плохо? — поднимает на меня глаза, полные ужаса.
— Наоборот.
— У Розы дедушка был каким-то начальником в полиции, — робко замечает Оливия.
— Да знаю я! — морщусь как от боли. — У нее точно никаких проблем с законом и связи с криминалом нет. Ревнивый любовник тоже отпадает, — добавляю в сердцах.
Наконец, нахожу коробку с печеньем. Кто его только ест, не знаю!
— Достань, — протягиваю Оливии.
Сознательно отвлекаю.
