Циничный и властный мужчина вынужден поделить дом с молодой наивной девушкой. То, что казалось случайностью, превращается в испытание для его ледяного сердца. Сможет ли она растопить его, или он сломает её хрупкую душу?
Раздел Chitat.online для книги «Случайная девочка (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Циничный и властный мужчина вынужден поделить дом с молодой наивной девушкой. То, что казалось случайностью, превращается в испытание для его ледяного сердца. Сможет ли она растопить его, или он сломает её хрупкую душу?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Циничный и властный мужчина вынужден поделить дом с молодой наивной девушкой. То, что казалось случайностью, превращается в испытание для его ледяного сердца. Сможет ли она растопить его, или он сломает её хрупкую душу?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Качаю на коленях, тормошу. Все что угодно, только бы отвлечь. Дамир отвлекается. Улыбается сначала нерешительно, а потом смеется во весь рот. Радостно подпрыгивает у меня на коленях, и расшалившись, перебирается на диван. Не останавливаю, тормошу. Лишь бы опять не вспомнил о Лайме.
И так тяжело. Но от наивной улыбки и детского смеха и у меня на душе становится легче.
— Пляшут глазки, пляшут ушки, — улыбаюсь я малышу, хотя больше всего хочется притянуть его к себе, прижать покрепче и разреветься.
Что же мы с тобой будем теперь делать, Дамирка? Сможем ли выжить без Лаймы?
— Топ-топ! — повторяет за мной малыш, танцуя на кожаном диване."
"— Хмм… Оля… так нельзя, — раздается сзади вкрадчивый голос Валентины. — Я, конечно, все понимаю… Но спусти ребенка на пол. А то мебель дорогая, испортить может…
— Так оббивка кожаная. Что с ней будет? — обернувшись, смотрю на экономку в недоумении. — Вон она какая толстая. Слоновья, наверное…
— Буйволова, — раздается рядом голос Федора Николаевича. И меня до костей пробирает от властного чуть хриплого голоса. — Андрюха, — поворачиваясь к верному Ефимову, рычит он. — А ну-ка собери весь персонал. Задрали, блин…
— Что случилось, Федор Николаевич? — охает экономка.
— С хера ли ты моему сыну замечания делаешь, Валя? Это твой диван? Ты за него бабки платила? — отчитывает жестко. — А то нашлись тут…
— Но прыгать в обуви на мягкой мебели неприлично, — заикаясь оправдывается Валентина. А я за малым не сгораю со стыда. Действительно, надо было снять с Дамира замшевые мокасины. Хотя они мягкие и чистые.
— Да ну? — приподняв бровь, криво усмехается Анквист. — А если я буду в берцах сигать на диване, тоже прогонишь ссаными тряпками?
— Федор Николаевич… я… — лепечет взрослая солидная женщина, как девчонка.
Вокруг уже собирается народ. Люди неуверенно входят в холл, жмутся по углам. Смотрят куда-то вдаль расфокусированными взглядами. Вероятно боятся, попасться на глаза хозяину. Только личная охрана Анквиста стоит у дверей расслабленно. Знают прекрасно, их точно барский гнев не коснется.
— Итак, народ, — выдыхает Федор. — Хочу вам представить моего сына Дамира и Оливию, его тетку. Они — члены моей семьи. Прошу относится с должным уважением.
Незнакомые люди, словно черепахи, вытягивают шеи и головы, желая разглядеть меня получше. А я не знаю, куда себя девать. Хочется просто провалиться сквозь землю и больше никогда не появляться в этом доме.
Повернуть время вспять. Вновь оказаться в нашей с Лаймой квартире. Дождаться сестру с работы, пойти в универ, а после с одногруппниками зайти в кафе поесть бургеров. Но уже как раньше не будет никогда. И персонал, что сейчас пялится на меня с интересом, будет лебезить и присмыкаться.
