Циничный и властный мужчина вынужден поделить дом с молодой наивной девушкой. То, что казалось случайностью, превращается в испытание для его ледяного сердца. Сможет ли она растопить его, или он сломает её хрупкую душу?
Раздел Chitat.online для книги «Случайная девочка (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Циничный и властный мужчина вынужден поделить дом с молодой наивной девушкой. То, что казалось случайностью, превращается в испытание для его ледяного сердца. Сможет ли она растопить его, или он сломает её хрупкую душу?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Циничный и властный мужчина вынужден поделить дом с молодой наивной девушкой. То, что казалось случайностью, превращается в испытание для его ледяного сердца. Сможет ли она растопить его, или он сломает её хрупкую душу?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Все под богом ходим, Оль, — вздыхает тяжко и, покосившись на стоящего на крыльце Пастора, добавляет жестко. — Хотя нет, некоторые под чертом.
Глава 31
— Ант, сектанты с тобой перетереть хотят, — плюхается на переднее сиденье Ефим.
— Забей стрелку, — усмехаюсь недобро. — Сегодня я точно ни с кем разговаривать не намерен. И если до кого-то не доходит, то я сейчас объясню. Убита мать моего сына…
Завожусь с полтычка. Ясен пень, этим гопникам Оливия моя нужна. А мне нужно время, чтобы понять, как ее обезопасить.
— Федь, так я это… все понимаю, — заверяет меня мой главный безопасник. Юлит, скотина, заднюю включил и в прыжке переобулся.
— Андрюха, без обид, — обрываю пространные речи. — Давай, ты в другой тачке поедешь. У нас с Олей разговор серьезный, — накидываю пуха на вентилятор. И сам себе противоречу.
— Ну ладно, — насупленно тянет Ефимов. С явной неохотой выходит из мерса. Пересаживается к пацанам. А наша машина трогается и пристраивается сразу за катафалком."
"— О чем вы хотите поговорить? — поднимает на меня испуганный взгляд Оливия. Губы дрожат. На бледном лице красными пятнами алеет предательский румянец. И голосок тоненький и робкий. Так бы и обнял. Прижал бы к себе и не отпускал никуда.
— Да ни о чем, — негодующе морщу нос. — Не бери в голову. Ефимов задрал. Сейчас начнет рассусоливать. Не до него…
Объясняю, а сам не понимаю, что делать с руками? Обнять Олю, так вроде не тот повод. Накрыть ее ладошку своей? Тоже не к месту.
Дать еще воды, вытереть слезы? Так я нянька хреновая. Но и жалко девчонку. Не передать, как жалко. Лайма была для нее всем. Сестрой, подругой, единственным близким человеком. А теперь это моя обязанность. Присмотреть. Защитить. Поотбивать руки всякой мрази, что потянется к беззащитной. Сейчас полезут из всех щелей денисы эти и пасторы.
По любому Оливия — член моей семьи. И я за эту девочку несу ответственность.
«Так женись на ней, — подзуживает внутренний голос. — Дай ей свою фамилию. Ни одна собака не подойдет!»
Да это самый простой вариант, кто бы спорил. Вот только мне женщина нужна рядом. Нормальная баба, которую можно и в догги-стайл загнуть, и на колени поставить с открытым ртом.
А с Оливией так нельзя. Хорошая она девочка. Нежная. Такую на руках бы носить. Лелеять. Пылинки сдувать. А я все больше по телкам. Напоить, поржать, и в койку.
— Вы не знаете, кто их позвал? — тихо спрашивает меня Оливия. — Мы же с Лаймой специально поменяли имена и фамилии, чтобы они до нас не добрались.
— Точно не я, — усмехаюсь криво. — Жизнь — сложная штука, Олечка. Менты могли докопаться. На допрос вызвать. А там дело техники.
Или в окружении Лаймы завелся стукачок Пастора. Сейчас уже не разберешь. Да и толку искать барабанщика. Факт остается фактом.
