В дверь моего особняка неспешно стучит знакомый голос Ефима. Виски из хрустального стакана теплеет под боковым светом телевизора. Я чувствую, как алкоголь окутывает меня теплой пленкой, делая мир более мягким и удивительным. Сегодня новый контракт с командой — и новая удача, которая заставляет сердце биться быстрее....
— Да, слушаю, — рыкаю в азарте. Кажется, пошла вода в хату. Тепленькая пошла. Неужели все-таки секта замешана? Дай бог, чтоб они. Не хочу ни на кого из своих думать. Даже чванливого банкира подозревать не хочется.
— Федор Николаевич, хммм… — официально откашливается Сарычев. — Не могли бы вы подъехать… Тут, похоже, потребуется наше всеобщее взаимодействие…
— Да, сейчас буду. Адвокатов звать?
— Нет, это неофициальная встреча. Могут помешать, — отрезает районный прокурор.
— Лады, сейчас подъеду, — вздыхаю я. — Дима, разворачивайся, — даю указание водителю и с потаенной тоской гляжу на поворот в переулок, ведущий к дому Морозовых.
А я опять мимо. Эх, грехи наши тяжкие.
Минут через десять районной прокуратуре читаю протокол допроса Сергея Анциферова. Если судить по указанному времени, следаки только недавно его закончили.
— Ты запрашивал у меня инфу по Яглину из «Небесного согласия», — вкрадчиво начинает Сарычев. — Что у тебя на него было? — несется с места в карьер.
— Да фигня всякая, — по диагонали просматриваю протокол.
Сережа Анциферов — киллер наш недоделанный — тоже там состоял. Входил в отряд самообороны. А кто руководил отрядом? Какой-то Юрий Иванович Зубов.
Выходит, Оля моя все время под присмотром была. Думала, что удалось убежать. А зря. Сектанты, падлы, незаметно свои щупальца к ней протянули. Наверняка этот утырок звал ее куда-нибудь с ночевкой. Идеальный план — украсть девочку со студенческой тусы. Все упоротые в хлам, никто ничего не заметит. Вот только Оля на ночевку не соглашалась.
На свою голову, бл. дь! Будто мне нельзя было сказать. Я бы Ефима отправил или сам подъехал бы к Пастору потрепаться.
Уладил бы вопрос. Но тогда бы точно не познакомился с Оливией.
Эх… Грехи наши тяжкие.
— Мы сейчас разыскиваем Родиона Яглина, — продолжает между тем Сарычев. — Никак найти не можем. И Зубовых тоже. Это мать и отчим потерпевшей…
— Ефим, — кошусь на старого друга, сидящего напротив."
"— Да что их искать, — пожимает он плечами.
— Откуда привезете? — оторопело переспрашивает прокурор и сейчас же спохватывается. — Нет. Пожалуй, я об этом знать не хочу.
И смотрит на меня настороженно, будто я рабовладелец местный.
— Сам не знал, — развожу руками, как только Ефим выбегает из кабинета.
— Ну да, ну да, — вторит мне Сарычев. И довольно потирает ладошки.
