В тепле бани и морской прохладе — лишь пара минут под холодной водой. Я глубоко вздохнула, как будто собиралась нырнуть в безбрежную даль. Вода лилась, смывая все заботы и неприятные воспоминания, оставляя лишь легкий мокрый хруст кафельных плит. Усталость не уступила сразу, но уже начинала исчезать, позволяя расслабиться во всем теле....
Считают, что русские путаны тесно связаны с русской мафией.
Знала бы ты, подруга, как мне хочется со всем этим завязать! Продать свою тачку, все дорогие туалеты и начать все с нуля. Только что я буду с этого иметь? Выстаивать длинные очереди на бирже труда? Унижаться и нервничать?
— Зато ты не будешь больше выполнять чужие прихоти. Ты свободна, и никто никогда не узнает о твоем прошлом.
— А как же ты? Как же твой сын? Разве ты сможешь прокормить его на учительскую зарплату?"
"Разве ты сможешь обеспечить ему более-менее сносное будущее?
— Ну, живут же как-то люди, — буркнула Танька и закурила сигарету, — Понимаешь, убитый прошлой ночью американец — это предупреждение о том, что тебе пора остановиться.
Я усиленно потерла виски и пристально посмотрела на Таньку.
— Пожалуй, ты права. Это предупреждение.
С этим надо кончать. Действительно, пора открывать собственное дело и забыть прошлую жизнь, как страшный сон.
Достав из сумочки две стодолларовые бумажки, я протянула их Таньке и посмотрела на часы.
— На, это тебе. Чтобы ты не умерла с голоду.
А мне пора ехать домой. Не могу же я сидеть у тебя круглосуточно.
— Но ведь это опасно! — не на шутку перепугалась Танька.
— Ничего опасного нет. В конце концов, никто из убийц меня не видел в лицо и даже не знает моего адреса.
— Тебя видела дежурная по этажу…
— А, как-нибудь обойдется!
Распрощавшись с расстроенной подругой, я спустилась вниз и села в свою машину. На душе было муторно до тошноты. Может, оно и к лучшему, что я так по-глупому вляпалась в эту некрасивую заварушку с американцем. Зато теперь точно знаю, что больше никогда не займусь проституцией.
Повернув ключ зажигания, я хотела нажать на педаль, но в эту минуту задняя дверь распахнулась и на сиденье, тяжело дыша, кто-то сел. Даже не успев испугаться, я оглянулась назад и увидела молодого мужчину, который смотрел на меня безумными глазами и держал в руках пистолет. Вне всякого сомнения, пистолет был направлен прямо в мою сторону. Из груди, против воли, вырвался невнятный стон.
