В тепле бани и морской прохладе — лишь пара минут под холодной водой. Я глубоко вздохнула, как будто собиралась нырнуть в безбрежную даль. Вода лилась, смывая все заботы и неприятные воспоминания, оставляя лишь легкий мокрый хруст кафельных плит. Усталость не уступила сразу, но уже начинала исчезать, позволяя расслабиться во всем теле....
Нет подруга, больше мы с тобой встречаться не будем. Завтра попилишь домой и забудь обо мне навеки. Учи детей, проверяй тетрадки и больше не шляйся по ресторанам.
— А я по ним и не шляюсь.
— Это заметно. К твоему сведению, девочка, в рестораны обычно приходят мужчины, которые желают познакомиться с женщинами и провести с ними ночь, а ты для таких встреч не подходишь.
Я бы, конечно, мог заказать себе проститутку, но за деньги, если честно, спать не хочется. Хочется за бесплатно, так сказать, по обоюдной любви.
Бедный Толик, наверное, он тоже пострадал.
Может, твоя подруга больше понимает в сексе, чем ты.
Содрогаясь от отвращения, я процедила сквозь зубы:
— Послушай, будь человеком, дай поспать. Я уже от тебя и так всякого дерьма наслушалась.
— Да спи сколько влезет! Я тебя больше не хочу!
— Ну вот и замечательно!
Я с облегчением вздохнула и повернулась на бок.
— Послушай, а ты что, Вообще секс не любишь? — не унимался Александр.
— Нет.
— Так ты, может, фригидная?
— Фригидная.
— Получается, тебе вообще мужик не нужен?
— Получается так.
— Первый раз вижу фригидную бабу. Столько про них читал, но, честно говоря, никогда не верил, что они существуют в реальности.
— Ну так посмотри повнимательней и засыпай.
— А ты, девочка, много потеряла. Я вообще не представляю, как можно жить без секса. Ты же самый кайф упускаешь! А может, тебе нужно лечиться? Я слышал, что фригидность лечат гипнозом.
— У меня последняя стадия, она неизлечима, — сказала я и притворилась спящей.
Александр задал еще несколько бестолковых вопросов и, не добившись от меня ничего вразумительного, оглушающе громко захрапел.
Я лежала ни жива ни мертва, обдумывая возможные варианты спасения.
Драный? Да, да, кажется. Драный, вспомнилась услышанная несколько дней назад кличка.
А может, действительно плюнуть на Таньку и потихонечку улизнуть отсюда, пока все спят? Нет-.
Не могу… А может.., а может…
Покосившись на своего мучителя, я встала и на цыпочках вышла в просторный холл. Дверь в гардеробную по-прежнему была приоткрыта.
«Казаки» стояли на месте, тускло поблескивая пряжками в серой полутьме. Я включила свет, присела на корточки и как завороженная уставилась на них. Новенькие совсем… Надевал-то, наверное, пару раз, не больше. Кожа хорошая, мягкая… «Казаки» — это, конечно, прошлый век, но смотрятся неплохо.
