В тепле бани и морской прохладе — лишь пара минут под холодной водой. Я глубоко вздохнула, как будто собиралась нырнуть в безбрежную даль. Вода лилась, смывая все заботы и неприятные воспоминания, оставляя лишь легкий мокрый хруст кафельных плит. Усталость не уступила сразу, но уже начинала исчезать, позволяя расслабиться во всем теле....
Макс положил сверток на постель и задумчиво спросил:
— Ленка, если я правильно понял, Толик из-за этих денег кого-то замочил?
— Ну да… Получается так… Только кого? А, не бери в голову! Покойнику эти деньги без надобности, а Танькиному фраерочку мы их не отдадим.
Утром скажем ему, что ничего не знаем, если он спросит, конечно. Пусть попробует доказать, что сверток у нас!
Макс ухмыльнулся, повертел сверток в руках и сунул в карман своих брюк. Увидев это, я с облегчением вздохнула.
— Впервые в жизни принимаю деньги от женщины, — сказал Макс.
— От близкой женщины, — поправила я его.
— Все равно… Для меня это как-то унизительно…
— Во-первых, это не мои деньги. Во-вторых, хозяина денег, как выяснилось, нет в живых. Так что здесь все по-честному. Один человек лишился жизни, другой ее приобрел, а вору, я имею в виду Толика, не досталось ничего.
Поговорив еще немного о каких-то пустяках, мы легли спать.
Утром в комнату влетела перепуганная Танька.
Не говоря ни слова, она принялась бесцеремонно трясти меня за плечи, нисколько не смущаясь присутствием Макса.
— Ну что тебе не спится? — раздраженно спросила я. — Что ты вскочила ни свет ни заря? На работу опаздываешь, что ли?
— Я сегодня на работу не пойду, возьму больничный. У Толика деньги пропали!
— Какие деньги?
— Доллары, понимаешь, доллары!
— И много?
— Говорит, много. Мы ждем вас на кухне. Толик аж зеленый сидит. Все пытается выяснить, куда эти проклятые деньги подевались. Мне кажется, его сейчас инфаркт хватит!
— У таких, как твой Толик, инфарктов не бывает.
— Одевайтесь, только побыстрей, — попросила Танька и выбежала из комнаты.
— Доброе утро, дорогой! — улыбнулась я проснувшемуся Максу.
— Доброе утро… — хмуро сказал он. — Насколько я понял, Лена, сейчас начнутся проблемы."
"— Ну и что? Мы с тобой ничего не видели, ничего не слышали. А чужие проблемы нас не касаются.
На кухне стояла напряженная тишина.
— Когда я ложился спать, в кармане моего пиджака был сверток с деньгами, а когда я проснулся, его не стало. — Голос Толика не предвещал ничего хорошего.
— Так ты его, наверное, в ресторане потерял, — стараясь казаться спокойной, сказала я. — Оно и понятно — сколько вчера выпили. До сих пор удивляюсь, как мы только до дома доехали… Жалко, конечно, но деньги теперь не найдешь.
