В сером будничном фонаре обычной жизни вдруг вспыхивает яркая и необычная сцена: взрыв, громадные визуалы, уходящие в тень фигуры и замешательный шквал действий. Эта станция становится точкой отсчета для главной интриги — стремительного манёвра, где каждая капля времени имеет значение. Главный герой, находясь в незнакомых условиях, должен быстро наладить работу и не допустить кишащей хаосу распространиться по всей системе....
Эррайорд придавил взглядом её губы. Медленно, растягивая слова, спросил:
— Вариант доверять мужу и сыну, ты не рассматриваешь?
Улыбка на губах Лийроа погасла, она сдвинула брови и напряглась.
— Вы же изначальные…
— А как по-твоему должна проходить тренировка будущего главы Конфедерации? — усмехнулся Эррайорд, пристально глядя ей в глаза. — Я обязан убедиться, что он готов. Обретение найоры ещё ни о чём не говорит.
Я озадаченно глянула на Валэйрда, он уже тоже опустился на площадку рядом со мной, но пока не прикасался.
Не зная, можно ли нам трогать друг друга или нет, я тоже посмотрела на главу Конфедерации с супругой. И тут же вздрогнула от прикосновения к моей руке — не отводя взгляда от отца, Валэйрд крепко сжал мою руку в своей.
Сразу стало легче.
— Но вызов… — озадаченно прошептала Лийроа, — я всегда считала…
Усмешка Эррайорда смягчилась, переходя в нежную улыбку. Он разжал ручищу на её лице, трогательным жестом отвёл с её плеча длинную прядь волос.
— Да, это обставляется как вызов, — он пропустил прядь её волос сквозь пальцы, — всё-таки нам надо пересмотреть подход к женскому образованию. В том, что касается мужских дел, вы совершенно дремучи.
Лийроа поджала губы, мне показалось, она сейчас расплачется.
— Почему ты мне не рассказывал? Я так боялась…
— Лиа моя… — выдохнул Эррайорд и крепко обнял её, прижавшись губами к её волосам. — Не подумал. Прости. Дела. Ты же знаешь. Спрашивай, если подобное. Никто никого не убьёт. Любимая моя.
Он ещё что-то тихо ей говорил, она прильнула к нему, глубоко дыша и крепко прижимаясь, а я не знала, куда себя девать от смущения."
"Валэйрд почувствовал, обнял меня, коснулся моего подбородка, заставляя посмотреть на себя.
— Ты тоже за меня боялась? — улыбнулся он, лаская моё лицо взглядом.
— Не то слово, — выдохнула я, краснея. — Вард, я…
А он просто наклонился ко мне и поцеловал. Страстно. Жадно. Глубоко. Сминая меня в руках.
Я не знала куда себя деть от дикого смущения — рядом же его родители — и густой тягучей волны вожделения, затопившего всё моё тело от его напора.
Валэйрд совершенно меня ошеломил.
Да они оба с отцом ввели меня в тотальный ступор.
Я совершенно перестала понимать этих лирарийцев.
Только что эти мужчины убивали друг друга, а сейчас вцепились в своих женщин так, что меня успокаивали лишь слова Валэйрда на фрегате Ларийса — что это занятие только двоих.
Сейчас, от обжигающего страстью поцелуя, я начинала в этом сомневаться.
