В сером будничном фонаре обычной жизни вдруг вспыхивает яркая и необычная сцена: взрыв, громадные визуалы, уходящие в тень фигуры и замешательный шквал действий. Эта станция становится точкой отсчета для главной интриги — стремительного манёвра, где каждая капля времени имеет значение. Главный герой, находясь в незнакомых условиях, должен быстро наладить работу и не допустить кишащей хаосу распространиться по всей системе....
Пытается со мной договориться.
Что изменится, когда он узнает, что я живая? Ко всем ли неизвестным последствия я готова? Может, этих найорик уничтожают или выкачивают до дна?
Нет. Пока я не выясню последствий, подыграю ему. Пусть продолжает считать меня батарейкой.
Командор между тем принял серьёзный вид. Его движения приобрели чёткость и резкость.
Он устроил меня на своих коленях удобнее, обвёл ремень вокруг своего пояса, прижал меня лопатками к своей груди, защёлкнул ремень у меня под грудью, плотно привязывая к своему торсу.
Мои руки испускали зелёный страх.
— Не бойся и не дёргайся, — проворчал он, — объяснил же, для чего.
Он разорвал подол моего платья, обнажая ноги, на этот раз не обращая внимание на зелёное свечение моего испуга с беловатыми вкраплениями. Прижал моё бедру к своёму, связал их ремнями. Поступил так же с другим."
"— Нет, тебя не размажет перегрузкой, — отстранённо сказал он, проверяя крепления. — На моей броне сидеть тебе будет жёстко, придётся потерпеть.
Он небрежно поправил мои волосы, убрал набок, обнажая шею.
— Красивая Алья… — шепнул он, и вместе с мурашками мои руки засветились.
Свечение втянулось во вспыхнувшие синим элементы на броне, покрывающего костяшки его пальцев.
— Что это светится? — тихо спросила я, — твой костюм…
— Это одна из продвинутых моделей стандартного, — смесь звуков и пощёлкиваний, — скафандра, улавливает сойриу, преобразовывает её внутри брони.
Он протянул руку, из его указательного пальца вылетел жгут серого свечения и втянулся в ромбовидное отверстие на панели между кнопок, по нижнему краю панорамного окна вспыхнули ряды символов.
Сидеть на нём, как он и предупредил, было жестковато. Я опустила взгляд на ремни. И правда странное решение.
Командор придвинулся ближе к стеклу.
— Нас догнали.
Его левая рука легла на моё бедро, властно сдавила, пролетела по внутренней стороне, вызывая во всём теле волнующие ощущения.
— Да, малышка. Ты умница, — шепнул командор, погладил по бедру, положил руку на мой живот и приказал: — положи ладони на мою руку.
Я сделала так, как он сказал. Моё свечение, вызванное его прикосновениями, теперь напрямую уходило в элементы на его руке.
Командор прижал меня крепче, выбросил свободную руку вперёд.
