Автор
Марика испытывает непреодолимое желание посмотреть на мужчину с интересом и не сразу выдает свой пол. На первых минутах свидания взгляд Марики резко мигает от мужского паха к его красивым глазам, заставляя её чувствовать себя невероятно неловкой и стеснительной. Этот романтический сюжет ведёт прямо к шокирующей ночи, когда Марика оказывается рядом с миллиардером....
Что в первом, что во втором случае, аренда стоила недешёво, и поездка была недолгой.
Сейчас появилась возможность усадить попку на диван лимузина, расположиться поудобнее и почувствовать себя важной персоной.
Но обстоятельства меня совсем не радуют и я не могу насладиться ни комфортом, ни свежим воздухом, ни обилием прохладительных напитков. Сижу на кожаном диване и чувствую себя так, словно села попой на шило.
— Ежедневник при тебе?
Савицкий задаёт мне вопрос, вольготно расположившись на просторном диване. На коленях у него — новенький iPad последней модели.
— Да, — отвечаю я, достаю из сумочки бумажный ежедневник и щёлкаю кнопкой автоматической ручки, всем своим видом выражая готовность внимать приказам красавца-самодура.
— Бумага — это прошлый век. Заменим твой ежедневник планшетом, — отпускает замечание.
— Простите, но мне будет не очень удобно пользоваться планшетом. Я привыкла записывать всё ручкой…"
"— Есть стилусы.
— Вам не нравится, как я одета?!
— Не нравится, что всё, надетое на тебе, слишком легко можно снять. Залезть под твою юбку — вообще секундное дело, — миллиардер ухмыляется порочно. — Я своими глазами в этом убедился.
Глава 13
Александр
Поэтому сегодня я тебя раздену…
Хотел сказать: сегодня я тебя одену.
Оговорка, млин, по Фрейду вышла.
Но какая!
Марика оцепенела, округлила свои глаза до размера чайных плошек. Её пальчики ослабли и выронили ручку на пол лимузина.
— Чтобы одеть, — пытаюсь исправить оплошность и держать при этом невозмутимый вид. — Одеть, как подобает помощнице директора…
«А не дешёвой секретутке…» — добавляю мысленно.
Но вслух притормаживаю немного.
— Что за ткань на тебе? Полиэстер?
— Одежда на мне надета ровно такая, на которую хватает моей заработной платы! — отвечает она, сердито сверкнув глазами. — Не каждую неделю удаётся покупать платье за пятнадцать тысяч, из которого некто молнию вырывает. С мясом, — добавляет ехидно.
— Пятнадцать тысяч?
Вместе со словами Марики в моей голове раздаётся тот самый, сладкий, многообещающий треск рвущейся ткани. Той ночью он звучал для меня сладко.
