Автор
В шумной бухгалтерии "Ройал Гарден" мир снова оживает после долгих месяцев затишья. Денис Константинович, главный бухгалтер, представляет Мирьюму Руслановну — младшего специалиста по персоналу. Начальник отдела финансов встретился с заместителем в кабинете и тут же обозначил интересное развитие событий: олигарх решил рассказать о своей маленькой тайне из тайн, которую никто не знает....
— Рад представить вам: Мирьям Руслановна — моя невеста. Моя красавица.
Глава 38
Беспомощно наблюдаю за тем, как Давид плотно прикрывает дверь спальни. Мы остались тет-а-тет, а я до сих пор не могу в полной мере осознать все то, что произошло пару минут назад. Неужели это правда?
Или я сплю? Нет, Давид во всеуслышание заявил, что я его невеста.
«Мирьям Руслановна, моя невеста. Моя красавица!» — он сказал именно так и никак иначе. А затем эта гробовая тишина, которую нарушил лишь громкий вскрик искренней радости Динары Исаевны.
Ага, точно! Ощущение, что душа вот— вот тело покинет."
"Я, словно немая безвольная кукла, позволила Давиду отвести себя сюда — на верх, пока гости словно стервятники, узревшие добычу, громким шепотом принялись обсуждать произошедшее.
— Давид…
Не успеваю ничего произнести, так как Давид подходит вплотную и сжимает с чувством сильными пальцами мои подрагивающие от вихря эмоций плечи.
— Мирьям, прежде чем откажешь, выслушай, — карие глаза уверенно вглядываются в мои — полные смятения. — Я могу тебе дать все, что ты хочешь и даже больше. Я знаю, что ты меня не любишь, но ведь тебя тянет ко мне — это уже не мало.
Совершенно не могу собраться мыслями. Они расползаются в разные стороны, словно жучки перед дождем. Да и как, после того, что произошло в гостиной? Наконец, смысл слов Давида доходит до кипящего мозга, и я вскидываю глаза в эту же секунду потонув в бархатистой топе.
Что, не люблю?! Но я же…
— Я… — поспешно облизываю внезапно пересохшие губы.
Давид прижимает к ним палец, останавливая рваную бессвязную речь и, словно невзначай, ласкает подушечкой большого пальца нежную влажную кожу.
— Мы поженимся, — звучит твердо и уверенно. — И прежде, чем ты откажешь мне, — горькая улыбка на мгновение кривит чувственные губы, но через секунду от нее не остается и следа, — я хочу кое-что сказать, милая.
Замираю затаив дыхание. В ушах отчетливо слышен ритм, который отбивает сердце, будто сумасшедшую чечетку. Из всего потока речи я вырываю из контекста всего лишь одно слово — милая и… таю словно сливочное мороженное под ласковыми солнечными лучами.
— Савда не отступится, — произносит наконец Давид.
Моргаю, стараясь справиться с резко ошпарившим кипятком разочарованием. Это совсем не то, что я ожидала услышать.
