— Хорошо прогулялись? — преувеличенно бодро произнесла я и встала рядом с Русланом, хотя больше всего на свете я хотела рухнуть на колени перед сыном и крепко-крепко прижать его к своей груди. Моего такого маленького и в то же время очень взрослого сыночка. — У нас гости, как вы видите. — Я сделала еще один шаг в сторону Руса и соприкоснулась с ним бедрами. Не знаю почему, но я чувствовала, что сейчас нужно именно так. — Алеша, быстрее разувайся. — Я вытянула руки, показывая сыну, что жду, пока он сам к нам подойдет. — Расскажешь нам, как погуляли, а то совсем замотал бабушку за сегодня.
Алексей скинул сандалии, но так и не сдвинулся с места, хмуро оглядывая Руслана. С ног до головы, а затем в обратном порядке. Я слегка пошатнулась и тут же почувствовала крепкую ладонь на своей талии. Он меня удержал. А Алексей тут же бросил колкий взгляд на руку Руслана."
"— Ну, давайте расскажу, — хмыкнул он, словно знал, кто именно находился сейчас в нашей квартире, — как мы погуляли, — протянул лениво, очень-очень по-взрослому. И, все еще глядя на ладонь на моей талии, как самый настоящий ревнивец, тут же зашагал в мою сторону.
Мой маленький защитник и мужчина всей моей жизни. На душе стало настолько тепло, что грудь обожгло изнутри от такого напора счастья, когда Лешка обнял меня, встал на цыпочки, вынуждая меня нагнуться к нему, и поцеловал в щеку, а затем быстро засеменил в свою комнату, оставив дверь распахнутой, выражая этим приглашение нам для разговора.
Мой маленький большой мужчина. Я еще довольнее улыбнулась и решительно пошла в детскую к сыну, Руслан же, все еще не отпуская моей талии, направился следом за мной.
Глава 22
Алексей не был похож на ребенка. Нет, внешне он, конечно же, смахивал на энергичного мальчонку, но вот то, как он держался, колко на меня смотрел и ехидно улыбался, — все это никак в моем сознании не вязалось с детским поведением.
По документам ему вот-вот должно было исполниться семь. Ульяна в это время играла в куклы Барби и очень мечтала о щенке. Она уже вовсю познавала социальные сети, чаще без разрешения Авроры, и какие-то игрушки на ноутбуке, который я же ей и подарил на пятилетие. Да, современные дети развивались раньше, чем мое поколение, и все же…
Это все было об Ульяне. А что я знал о собственном сыне? Выходило, что совершенно ничего. И это злило. Безумно. Невозможно, просто.
Я злился на Лию за то, что она все скрыла и сбежала, а потом и вовсе ничего не сказала. Еще больше я злился на Антона. Того я чуть было не убил, но это все были мелочи по сравнению с тем, насколько сильно я ненавидел самого себя. Смотрел в этот момент на собственного сына, которого не знал, и ненависть поглощала меня до самого основания.
Алексей сел на край кровати в виде синей машины и внимательно посмотрел на Лию.