Встань туда, сядь сюда, положи руку так, расслабь пальчики на ногах, убери дурацкую улыбку на лице, сделай задумчивый взгляд. Сначала я жутко стеснялась, но по прошествии часа и после смены уже двух нарядов и одной фотозоны все стало получаться как-то проще, или же мне так казалось, но даже странное ощущение от вида мужчины перестало меня тревожить.
— Спасибо вам большое, — довольно улыбнулась я, когда в очередной раз вышла из-за ширмы в легком летящем платье, в котором сюда и пришла. — Меня Лия зовут, — рассмеялась собственной бестактности. Сама не представилась и пришла к фотографу, имени которого также не знала.
— Богдан, — протянул он мне руку, улыбнувшись. — Фотографии получатся отличными, будьте уверены…
Он говорил что-то еще, а меня словно ледяным душем накрыло. Он не Руслана мне все это время напоминал, а Богдана. Черт…
Я закашлялась, заставляя себя не таращиться на ожившего мертвеца, но чем дольше на него смотрела, тем больше понимала, что это именно он и был.
Как же так-то?
— С вами все в порядке?
— П-простите, — я попыталась улыбнуться, но не смогла, — а мы не могли с вами видеться? Вы не из столицы?
— Нет, я местный, — довольно протянул он, но я увидела в его глазах промелькнувшую искру сожаления. Словно ему доставляли боль разговоры о Москве.
— Наверное, показалось, — закивала я, выдернула руку из захвата, быстро собрала сменные вещи и пошла на выход.
Это был Богдан Залесский — единоутробный брат Руслана. Тот самый, который умер пять лет назад. Муж Авроры, которого она столько лет оплакивала.
Че-е-е-рт.
Я пошатываясь вышла из подъезда, в котором находилась студия. Добрела до ближайшей лавки и грохнулась на нее, пытаясь прийти в себя.
Мамочки. А вдруг это не он? Вдруг это просто ужасающее совпадение? Но разве так бывает? И если я позвоню Рори и все ей расскажу, а Богдан-фотограф, окажется вовсе не Богданом-мужем, то ей будут больно, еще больнее, чем сейчас. Я растерла лицо ладонями, не замечая, как начала кусать ногти, а затем и водить рукой по шее в поисках подвески, которую оставила в квартире бывшего мужа, казалось, целую жизнь назад.
На этом и пришло осознание, что мне надо позвонить Русу. Он все выяснит. Он не сорвется, если окажется, что мне всего лишь показалось.
Номер бывшего мужа я давным-давно удалила, вот только разве можно удалить цифры из памяти? Цифры такого необходимого когда-то человека.
Я, быстро стуча по экрану телефона, набрала Руса, но абонент оказался вне зоны действия сети. Я даже перепроверила правильность набора. Но все было четко. Эти одиннадцать цифр словно клеймом были выжжены в моем сознании."
"— Что же делать? — шепнула, оглядываясь по сторонам. Подняла голову к голубому безмятежному небу, кусая губы, и все же решилась позвонить Авроре.