Автор
Молодая женщина неожиданно оказывается в теле вдовы в чужом мире. Ей предстоит защищать наследство от алчных родственников покойного мужа, готовых на всё ради денег. Но у неё есть план. Главное — не дать помешать себе одному очень навязчивому человеку, который встал на её пути.
Да, тут такое вполне практиковалось, если мужчина во всеуслышание объявлял о серьезных намерениях в отношении дамы. Тогда пара могла появляться на людях вместе, танцевать, ходить под руку – в общем, демонстрировать определенную степень близости. При этом чести девушки ничего не угрожало.
Странно, конечно, но в местном этикете черт ногу сломит.
В принципе, кроме заявления от мужчины, что он ухаживает с далеко идущими планами, ничего не требовалось. В теории если кто-то засомневается в намерениях кавалера, «недожених» должен предъявить помолвочное кольцо. Да-да, он обязан таскать его постоянно. Однако, чаще всего, мужчине верили на слово.
Кстати, такой кавалер не обязан был жениться на деве. Поухаживал, ничего не добился и поскакал к другой. С тем же кольцом. И все нормально!
Эти знания подгрузились сразу же после объяснений дье Кналиба. Плохо, что я так до конца не разобралась в местных правилах. А вот Шон… Если так подумать, он мог бы объявить меня вроде как возлюбленной, от которой добивается взаимности, и прийти на прием. Тогда никаких речей о том, что я его содержанка, не было бы.
В груди неприятно кольнуло. Граф, конечно, мне ничего не обещал, но, видимо, не считал достойной сколько-нибудь серьезных отношений. Даже понарошку.
А вот дье Кналиб готов.
– Я даже не знаю, что вам ответить на это предложение, – после паузы ответила я. – Не знаю, кто вы, чего ждете от своей избранницы, будущей помолвки и брака. Расскажите о себе, своей семье. Чем занимаетесь? Какое образование? Есть ли дети?
Чуть не брякнула: «Какими языками владеете? На какую зарплату рассчитываете?». Какое-то время я отвечала за набор персонала в фирму, а от привычек сложно избавиться. Ладно, буду относиться к этому, как к собеседованию. Надо сказать, дье Кналиб не удивился такому подходу и с готовностью стал отвечать.
– Рассказать о себе? Хорошо. Мне сорок лет. Я, как и вы вдовец, жена умерла десять лет назад из-за редкой болезни, целители пытались что-то сделать, но… Сказали, что это наследственное.
– Примите мои соболезнования, – тихо произнесла я. – Близкого человека нелегко терять.
– Благодарю. Уже отболело. Детей нет. Сначала мы не хотели, путешествовали, а потом болезнь… – мужчина вздохнул, смотря перед собой потерянным взглядом. – После смерти супруги, я долго не мог прийти в себя, а потом решил отправиться на родину матери – сюда, в империю.
– Получается, ваш отец не местный?
– Верно. Он сехойнец.
– Надо же. Далеко забрался.
