Автор
В зловещем поместье леди попадает девушка. Угрюмая хозяйка наотрез отказывается передавать ни долю, ни кроц снаследства. Повелительница тайн и опасностей грозит чудакам ее свирепым взглядом. Вместе они ведут игру убийственной лжи и жестоких натисков до самой последней минуты перед судьей....
– Подойдет! – решил он, посмотрев по сторонам.
С помощью особого магического мелка дье Кналиб буквально за несколько минут начертил несложную пентаграмму. При этом линии были ровные, словно он выводил их по линейке.
– Похожий рисунок был у отца в лаборатории, – пробормотал Шон, присматриваясь. – Он его использовал, чтобы призвать артефакт овеществления желаний.
– Возможно, ритуал не сработал, потому что в целом виде артефакта не существовало, – предположила я.
– Или пентаграмма была не та…– задумчиво сказал дье Омри.
Тем временем самозванец рисовал последние штрихи. И, судя по знаниям, что перешли ко мне от Илаиды, он дополнительно накладывал какую-то защиту.
– Стой, обманщик! – вдруг послышался визгливый голос Хилинды.
Она бежала к начерченной пентаграмме, высоко задрав длинную юбку, и кричала:
– Ты поклялся, что загадывать желания мы будем вместе!
– Я не нарушил клятвы, – ответил дье Кналиб, не отвлекаясь от рисования. – Будем загадывать вместе, но не одновременно.
– Ах ты подлец, мелкий выродок! – баронесса добавила несколько непечатных слов, которых приличным дамам знать не полагалось.
Дочертив последние линии, Еттер выпрямился и тихо обронил:
– Поздно!
Хилинда, попытавшись войти в нарисованный круг, наскочила на невидимую стену. Красная от злости, растрепанная после быстрого бега, изрыгающая проклятья, она выглядела, как скандальная уличная торговка, а не как утонченная леди. Сдается мне, что Хилинда на самом деле никакая не баронесса.
– Ничего у тебя не получится, гаденыш! – припечатала она, в сердцах пнула невидимую преграду и вдруг отлетела в строну, словно ее отбросило взрывом.
– Так будет с каждым, кто попытается зайти в пентаграмму, – предупредил дье Кналиб. – Даже если вы попробуете ударить магией.
Я сглотнула, покосившись на лежащую Хилинду. Не знаю, жива ли она или просто потеряла сознание. Стало страшно. Если самозванец даже свою сообщницу не пощадил, что уж говорить про нас. Уверена, что ей он также давал клятву о непричинении вреда, но ведь Хилинда сама нарвалась, а дье Кналиб вроде как ни при чем.
Нам не оставалось ничего, кроме как наблюдать за довольным самозванцем. Он провел левой ладонью над артефактом, и тот засветился ярче. Взгляд Еттера остекленел, видимо, он загадывал желание. Что теперь нас ждет?
Я покосилась на Шона, но он внезапно улыбнулся и, наклонившись к моему уху, прошептал:
– Давай отойдем подальше. Думаю, сейчас им будет не до нас.
