Автор
В зловещем поместье леди попадает девушка. Угрюмая хозяйка наотрез отказывается передавать ни долю, ни кроц снаследства. Повелительница тайн и опасностей грозит чудакам ее свирепым взглядом. Вместе они ведут игру убийственной лжи и жестоких натисков до самой последней минуты перед судьей....
Кроме того, пытаясь сохранить проведение ритуала в тайне, отец Шона отпустил слуг, что позволило наемникам самозванца незаметно проникнуть в особняк и забрать записи об экспедиции. Дье Кналиб боялся, что кто-то еще может выяснить, как найти артефакт. Правда, он не знал, что старый граф сделал копии, которые потом нашел Шон.
Таким образом, самозванец убрал конкурента, который мог бы обнаружить артефакт и помешать его планам. Брат Шона умер случайно. Раньше вернувшись домой, он обнаружил магически истощенного отца и попытался прервать ритуал, однако пострадал сам.
– Ужасно понимать, что, если бы не его одержимость артефактом, отец бы остался жив, – с болью в голосе говорил Шон. – А так он утянул за грань не только себя, но и брата.
Я не знала, как помочь жениху, просто сидела рядом, поглаживала его руку и молчала. Что здесь сказать? Дье Кналиб, конечно, сыграл не последнюю роль, но отец Шона фактически убил себя сам, решившись провести подозрительный ритуал.
После ужина Биор сообщил, что моего брата освободили.
"Перед сном одолели мысли о том, что будет дальше. Хотелось встретиться с братом, поговорить и убедиться, что с ним все в порядке. Потом поехать в столицу и заняться делами театра.
За прошедшее время дье Кналиб лишь дважды давал мне отвечать на письма. И то, под его диктовку. Я знала, что Юранс не стал переносить премьеру детской пьесы. Постановка понравилась зрителям, билеты на эту и следующую неделю раскупили полностью.
Надеюсь, за прошедшие дни театр они не развалили.
С Шоном нужно откровенно поговорить и назначить день свадьбы, если он, конечно, не передумал жениться. Хорошо бы скромную свадьбу, чтобы присутствовало человек двадцать, но боюсь, что не получится.
Где-то на мыслях о свадебном платье я и заснула. Снились мне лошади, везущие украшенный цветами экипаж с открытым верхом.
Утром, зайдя на кухню, чтобы распорядиться насчет завтрака, я узнала последние новости.
– Хозяин приехал! – радостно сообщила кухарка.
– Эдмунд! – выдохнула я и стремглав понеслась в его комнату.
Только оказавшись рядом с дверью, вдруг поняла, что брат, возможно, спит. Он, должно быть, всю ночь гнал лошадь, чтобы рано утром прибыть в поместье. Не хотелось бы его будить.
Приложив ухо к двери, я попыталась понять, спит Эд или нет.
