В Подлунное Королевство, среди загадочных фонарей и теней, два случайных путника оказались ближайшими соратниками лорду Делагарди. Улыбка вампира надеждой прикрывалась обручами на руке — сигналы привлекали внимание даже в туманах и огнях ночи.
Когда передавал кабинет, в архиве оставил дела
пациентов за последние десять лет, ну мало ли, вдруг кто обратится, — смотрел он на Трибония, —
а остальные описал и сдал в столицу, есть тут архив
наш. Видимо, кто-то из пациентов решил свое дело
выкрасть, а тут Летти… Нужно было все сдать…
Он еще сокрушался и обращался только к
моему наставнику, а я сидела, записывала его слова
и физически ощущала, как меня опутывает со всех
сторон одеяло лжи, но как его разорвать, я пока не
могла понять.
— Спасибо за Ваше участие, лорд Гомзей, —
оборотень
сама
предупредительность, —
подпишите документы и отправляйтесь на встречу с
супругой.
— Улыбнись! — требовательно произнес лорд
Трибоний, когда за нашим посетителем закрылась
дверь. —
Справимся,
докажем,
что
здесь
классическая подстава. Девочка, неужели ты не
понимаешь, что эта афера была задумана давно?
Это же классика, — я повернулась к нему, — леди
Тримеер, Ты сейчас познакомилась с одним из
«Дремлющих».
своих адептов в данную тему? Ах, да, извини, —
улыбнулся старый волк, — ты в тот момент
приходила в себя после посвящения. «Дремлющие»
— их закидывают задолго до начала основной
деятельности, но когда приходит час Х, они
скидывают маски, и вместо вчерашнего милого и
обходительного соседа мы видим чужого человека, из уст которого льется яд. Про Летицию не скажу
со стопроцентной точностью, конечно, но она
может быть одной из воспитанниц той же Рудбекии
Фейн.
нашей империи, так не значит ли это то, что под ее
личиной кто угодно, но только не урожденная
Летиция Гомзей? И потом, она училась и служила в
Королевстве Водяных Лилий, и нам никто оттуда
не даст подтверждающую информацию, ты
понимаешь это?
— Я сегодня пообщаюсь с нашей Региной, и
почему-то мне уже не по себе, неужели дед не
присутствовал при рождении дочери?
— Видана, а это уже не важно. Ни твоего
деда, ни бабки нет в живых, по крайней мере, об
этом никто не знает.
навязывать,
понимаешь? —
он
внимательно
смотрел на меня. — Ищем доказательства и
отбиваемся. Нам по-другому нельзя. Все, рабочий
день окончен, свитки в сейф и по домам.
* * *
Поздним вечером, обойдя дом перед сном, я
сидела в спальне у окна и смотрела сквозь тонкую
вуаль на улицу, которая жила своей жизнью.
