В Подлунное Королевство, среди загадочных фонарей и теней, два случайных путника оказались ближайшими соратниками лорду Делагарди. Улыбка вампира надеждой прикрывалась обручами на руке — сигналы привлекали внимание даже в туманах и огнях ночи.
Я извиняюсь
перед твоей сестрой, она права, увидев ее
роскошные рыжие волосы, я спутал ее с девушкой, с которой танцевал на этом Рождественском балу.
Мне кажется, что все рыжеволосые на одно лицо…
Я надеюсь, инцидент исчерпан?
— Да, конечно, но я поставлю отца и дядю в
известность о нем, — ответил Гелеон и, оказавшись
рядом со мной, опустился на подлокотник
кресла, — моя сестра не заслуживает такой славы.
— Нет,
конечно,
нет, —
ответил
за
лже-адвоката инспектор и прошел в гостиную, —
Раймонд, я могу получить документы?
Все произошло быстро: лорд Барге достал два
больших пакета из портфеля и передал инспектору, а тот расписался за них, и лже-Раймонд, раскланявшись, покинул пансион.
— К столу, сейчас все к столу или я начну
сердиться, — леди Патриция прошла в гостиную и
поставила на середину стола блюдо с тушеными
овощами, — инспектор, голубчик, когда это все
закончится?
— Скоро, совсем скоро, — пообещал он, занимая место за столом, — леди Патриция, а
может, все-таки есть смысл сдавать комнаты в
пансионе искателям приключений?
— Вы это серьезно? — хозяйка подняла
бровь, а потом улыбнулась.
убийцу, я подумаю над Вашим предложением.
Мы ужинали, негромко переговаривались, но
иногда я ловила взгляд инспектора, в котором было
больше вопросов, чем спокойствия.
— Аллиан, какова цена за вызволение моей
дочери? — это был его первый вопрос, когда
закончился ужин и мы пили чай, а леди Патриция
покинула гостиную, пожелав нам приятного
общения.
— Почему
Вы
решили,
что
цена
существует? — я не знала, стоило ли раскрывать
разговор с преемницей леди Фейн.
— У меня нет иллюзий в отношении людей, можешь
считать
это
профессиональной
деформацией, и потому я повторю свой вопрос, —
инспектор сидел напротив меня, около него магистр
и Гелеон, а мы с Лайли — вместе.
— Я
пообещала
найти
«Особняк
неупокоенных душ», вернее, свидетельство о
рождении той, что заменила леди Фэйн на ее посту.
Ее зовут Глория, она дочь Гордона Клейна.
погиб в море за три месяца до рождения дочери. А
леди Рудбекия поставила ее матери условие… в
общем, новорожденной дали фамилию Фэйн, а
состояние ее отца перешло к его брату, а далее к его
дочери Шарлотте, в замужестве Винтерс.
— Весело, так особняк или свидетельство? На
что на самом деле ты подписалась? — лорд Чейн
потягивал
чай,
неторопливо
и
задумчиво
рассматривая меня, как будто видел впервые в
жизни.
