Автор
В здании нет тринадцатого этажа: удивительное обстоятельство, когда ты пытаешься добраться до своего места работы. Я замечаю это в лифте — кнопка 12 означает кнопку 14. Нагнувшись, я проверяю себя в кабинке, желая убедиться, что все в порядке: пиджак на месте, блузка светится белизной и макияж не исчез. Временное решение для моей вечной проблемы с тушью — носить водостойкие тона....
Тихонько тяну — он отпускает, сверля меня зеленью своего взгляда — и вкладываю их в его карман уверенной рукой.
С первой попытки.
— Виталий отлично поработал, правда? — спрашиваю у Макарова. — Мне кажется, он достоин щедрой премии.
Я стою прямо перед ним и пытаюсь все-таки разгадать.
Что сейчас у него на уме?
Что за мысли?
— Ой, Виталий польщен, что обратились именно к нему, — скромничает стилист. — И Виталию и так хорошо платят.
— Заслуженно, — коротко комментирует Макаров, впервые выдавая хоть какую-то оценку.
Он делает разворот и выставляет руку в ожидающем жесте. Секретарь понимает его без слов. Анфиса подскакивает к нему и вкладывает в широкую ладонь бархатную коробочку. У нее холодное сдержанное лицо и полный игнор в мою сторону, она вообще больше не смотрит на меня.
Я же перевожу взгляд на бархатный квадратик. Дураку ясно, что внутри обручальное кольцо.
Ну а что еще?
— Ты подписала договор, — произносит Макаров. — Я уж приму это за “да”.
Усмешка.
Он окончательно приходит в себя и уже развлекается своими фирменными интонациями.
Как легкие уколы.
Они без яда, но с раздражающей дозой мужского превосходства.
Прям-таки лютой! Из-за чего Макарова хочется хорошенько встряхнуть.
Он откидывает крышку и достает кольцо, оправдывая мои догадки. Следом подхватывает мою ладонь и тянет к себе. Тянет медленно и даже с легким налетом галантности. Я смотрю на его сухие сильные пальцы, которые сомкнулись на моем запястье, и думаю о том, что у всего есть срок.
Наиграется.
— Оно другое, — добавляет Макаров, надевая кольцо на мой палец. — Ты сказала, что не берешь чужие вещи. У меня хорошая память.
— Еще я говорила, что не хочу участвовать в этом.
— Пусть будет не хорошая, а выборочная.
— Я так и поняла.
Ему нравится пререкаться со мной?
В его глубоких глазах загораются искорки, как у довольного кота.
— Прошу прощения, но пора начинать съемку, — в наш разговор вклинивается Анфиса. — Фотозона готова, арт-директор предлагает несколько вариантов. Первый, более нежный, как раз подойдет к белому платью…
Она говорит еще что-то, убаюкивая официальной информацией. А я украдкой смотрю на кольцо, которое поражает мое воображение среднестатической девушки.
