Автор
Захватывающий отбор на тысячу женщин! В шокированных лицах участниц витает не просто надежда, а полное безумие — ведь победительница обещана крепче всех браков. Я, простая ученка, случайно оказалась среди них... и уже готова к схватке за будущего императора Ксале.
В общем, я отказывалась от всего, что могло бы сносно на мне смотреться. В конце концов доведённая до белого каления стилистка, вскочив, вдруг завопила, переходя на фальцет:
– Вам ничего не нравится, рина! Я уже два часа показываю вам платья! Я училась в Лангденской Школе Стилистики! Может, – тут она выдохнула, беря себя в руки, – может, вы доверитесь специалисту? – последние слова она прошипела, как разъяренная змея.
– Конечно-конечно, – я согласно закивала головой. – Ничуть не сомневаюсь в вашем профессионализме, рина Джоселин.
Джоселин с минуту смотрела на меня, открывая и закрывая рот, как вынутая из воды рыба. А потом вдруг отозвалась совершенно спокойным голосом:
– Это балахон, который я надеваю на клиентов, когда крашу им волосы. Хотела вам прядочки у висков осветлить. Так что, вы хотите пойти на завтрак с его императорским величеством… в этом?
– Да, спасибо, – обрадованная ее догадливостью, я быстро закивала.
Джоселин, наугад схватив со стола стакан, налила себе воды из кувшина и залпом выпила. Я прямо-таки видела, как вместе с жидкостью она проглатывает все нелестные эпитеты обо мне, которые просились наружу. Медленно и осторожно поставив стакан обратно, она слабо отозвалась:
– Можно. Но с одним условием: никогда и никому не говорите, что я ваш стилист!
Это я с удовольствием пообещала.
Кстати, о карьере. Нужно связаться с университетом и сообщить, что я пропущу несколько дней занятий. Надеюсь, смогу управиться за неделю!
Однако, стоило мне позвонить в родной деканат, как декан, непривычно взволнованный, отобрал трубку у секретарши и лично сообщил, что я могу не беспокоиться о пропусках.
«Ох… А ведь родному универу стоит переживать, да еще как», – подумала я, вешая трубку.
