Автор
В здании школы начинается странный шум, заставляющий даже нерешительную учительницу в ужасе подниматься на балкон. Родители ребенка известного миллиардера сообщают, что сонная Мария Алексеевна уверяет ее в том, что сын — не просто обычный мальчик, а внезапно вырвавшийся из дома ребенок от богатого человека. Учительница пытается убедиться в правдивости слухов, признаваясь даже самой себе в том, как это невозможно и не могло быть....
– Спасибо…
Последние слова, произнесенные Соколовым, почему-то успокоили меня больше всего остального, сказанного им. Он приедет… Дима все бросит и приедет, чтобы быть рядом с нами. Значит, все обязательно наладиться… должно наладиться.
Глава 20"
"Я успокоилась только спустя несколько дней. Когда Слава привез мне живого, пусть и не до конца здорового Борзого и, когда, наконец, Соколов вернулся из своего Китая. Только когда мы собрались под одной крышей всей семьей, сердце успокоилось, а с плеч упал тяжелый груз неопределенности.
Я все еще не знала, кем мы приходимся друг другу с Димой, но мне было очень комфортно и уютно в его объятиях.
– Ты точно не хочешь обратиться к врачу? – в очередной раз спросил Дима, поглаживая меня по голове. Я устроилась у него под мышкой в гостиной после сытного и вкусного ужина. Наконец-то мы поужинали вместе всей семьей.
– Нет. Я в порядке. У меня был стресс, но все прошло.
– Вот именно, что у тебя был стресс, – попытался настоять на своем Дима.
– Я правда в порядке. И я очень рада, что ты рядом. Мне было страшно, когда ты был далеко… – Я уткнулась носом в чужую шею и прикрыла глаза.
Это была чистая правда. Кажется, Соколов все-таки стал моей семьей. По крайней мере, у меня в голове. У меня был на подходе второй ребенок, и оба были от него. Я была впервые замужем, и мой муж был именно Дима. Было бы странно, если бы мозг рассчитал все иначе.
Странно все вышло, конечно. Кто бы только мог подумать, что соглашаясь много лет назад стать суррогатной мамой, спустя какое-то время я окажусь в объятиях этого мужчины.
Когда так получилось? В какой момент? Почему?
Женщины ведь всегда могли очень красочно описать такие яркие эмоции и отношения, а я вот не могла. Хоть убей, не могла. Дима вроде бы поначалу меня злил и раздражал. Мне хотелось ему возразить во всем. А еще он меня жуть, как пугал своими обещаниями отобрать Сашеньку.
Может быть это случилось в тот момент, когда я в первый раз увидела у себя под подушкой пресловутую «Аленку»? А, может быть, когда в бассейне Дима надевал на меня туфли? А, быть может, он очаровал меня, когда несмотря на все мои протесты, подарил мне чудесную, новую студию? Хотя, наверное, дело все же было в шоколаде.
