Автор
В здании школы начинается странный шум, заставляющий даже нерешительную учительницу в ужасе подниматься на балкон. Родители ребенка известного миллиардера сообщают, что сонная Мария Алексеевна уверяет ее в том, что сын — не просто обычный мальчик, а внезапно вырвавшийся из дома ребенок от богатого человека. Учительница пытается убедиться в правдивости слухов, признаваясь даже самой себе в том, как это невозможно и не могло быть....
– Если ты не согласишься, если мы вместе не создадим условий для хорошего существования Саши, то я объявлю тебе войну. – Я набралась смелости и выдала давно заготовленную фразу.
– Короткая выйдет война, – самоуверенно протянул Соколов, нагло ухмыляясь. Да, он тоже был уверен, что победит. Кого-то подкупит, кто-то окажется ему уже должен, кого-то запугает. И Сашу у меня заберут. Вот и будет весь итог.
– Я ведь тоже пока что прошу по-хорошему, Дмитрий, – неожиданно холодно и сухо выдала я, удивив себя собственным тоном.
– Да неужели? – Соколов рассмеялся. Зря.
– Кто сказал, что я пришла без козыря?
– О, как… припрятала короля в рукаве?
– Не поверишь – туз. А, может быть, если повезет, целых два туза.
– Что ты такое несешь?
– А то, что ты можешь иметь детей. Столько, сколько захочешь."
"– Это такая шутка?
– Почему же шутка? Вполне себе настоящее заверение.
– Это не смешно, – прорычал Соколов сквозь зубы. – Уходи по-хорошему, уходи сама, иначе я тебя заставлю.
– Ты даже не выслушаешь меня?
– Нечего слушать, ты несешь бред! – Он схватил меня за локоть, собираясь выпроводить за дверь.
– Донорская сперма, которую ты сдавал – цела. Она все еще существует, все еще заморожена и вполне себе активна!
– Что?
– Да.
– Я проверял…
– Когда? Неделю тому назад? Я забрала ее семь лет назад! В той клинике, где все проводило, уже несколько раз сменился весь персонал, там и заведующий уже другой, тебя это не смущает? Дело-то не вчера происходило!
– Что ты… не может быть… – прошипел Дмитрий, тем не менее, отпуская мою руку.
– Семь лет назад, Карина Волк пропала со всех радаров. В какой-то момент из клиники мне позвонили и спросили, что делать с оставшимся материалом: моим и твоим. Я решила оставить их. Яйцеклетки и сперматозоиды. И то, и другое – потенциальная жизнь. Да и кто знает, как все обернется, куда повернет судьба? Сегодня у тебя все есть, завтра – ничего. У меня рука не поднялась уничтожить свои собственные гены. Но в какой-то момент, довольно скоро после рождения сына, мне стало не до того, расходы были большими, платить за их хранение стало нечем.
– Я могу иметь еще детей? – шокировано прошептал Соколов.
– Да. Одного, двух, трех. Хоть десятерых, там хватит твоего добра!
– Где? Где они?!
– Черта с два. Ты никогда об этом не узнаешь.
