Автор
В здании школы начинается странный шум, заставляющий даже нерешительную учительницу в ужасе подниматься на балкон. Родители ребенка известного миллиардера сообщают, что сонная Мария Алексеевна уверяет ее в том, что сын — не просто обычный мальчик, а внезапно вырвавшийся из дома ребенок от богатого человека. Учительница пытается убедиться в правдивости слухов, признаваясь даже самой себе в том, как это невозможно и не могло быть....
И лишь потом взглянуть вниз. Действительно, я же осталась босиком. – Ты кое-что забыла, – улыбнулся Соколов. В руках у него обнаружились мои туфли-лодочки. Я смутилась еще сильнее, совсем запуталась в собственном поведении, да так и застыла с открытым ртом."
"Этим снова и воспользовался Соколов. Усадив меня на плетенное кресло, он взял сначала одну лодочку и медленно, очень осторожно, надел ее на меня. Затем поступил точно так же и со второй.
– Ну, все, готово, принцесса, можешь бежать по своим делам, – улыбнулся Дима.
Я буквально выбежала из особняка Соколова. Так, будто за мной гнались бешеные собаки. В большом количестве.
Хорошо, что теперь у меня была машина с водителем, потому что за руль мне точно было нельзя. Даже водитель, завидев меня, вежливо поинтересовался, все ли со мной хорошо? Взглянув на себя в зеркало, я поняла, что нет, не все. Лицо покраснело, я запыхалась, в общем, видок оказался тот еще.
Я успокоилась лишь тогда, когда мы, наконец, выехали из поселка и оказались на пустынной дороге, ведущей к городу.
Что это было? В какие игры Дима решил играть со мной? После того нелепого поцелуя явно в отместку, между нами ничего не мелькало. Тогда с чего это вдруг? Это ведь точно были заигрывания! Но зачем? Соколов явно был не из тех людей, которые делали что-то просто так. Или же, я ему понравилась? Но почему сейчас? Присмотрелся? Решил сыграть в любовь ради сына? Или преследовал какие-то одному только ему известные цели?
Всю дорогу до работы я ломала голову.
Я буквально почувствовала, что что-то не так, когда мы подъехали к зданию, в котором я арендовала часть второго этажа. Что-то было не так и я ощутила это подкоркой. А уж когда поднялась, то быстро поняла, что именно.
Дверь в студию была приоткрыта, но уже одной только маленькой щели было достаточно, чтобы увидеть, что там все не в порядке. Я лишь толкнула ее, и она распахнулась целиком.
Передо мной предстал один из худших кошмаров.
Я медленно перешагнула порог рабочего места и застыла в ужасе. А уже спустя несколько секунд на глаза навернулись слезы.
Все было уничтожено. Абсолютно все. Все боксы, фоны, зонты, рефлекторы, держатели, штативы, все… все было разрушено, сломано, разорвано в клочья. Я перевела взгляд на рабочий стол. Тоже самое. Полная разруха. Дорогущий монитор валялся разбитый на полу, рядом покоились линзы от фотоаппарата.
