Автор
Обычный человек, ощущающий себя чужим в своей эпохе, неожиданно переносится в прошлое вспышкой шаровой молнии. Перед ним открывается шанс на новую жизнь, полную риска и неизведанных возможностей. Сможет ли он найти своё настоящее место в истории?
«Я запомню», – изумленно кивнул Беломир, пораженный такой простотой решения проблемы."
"«Добре. Ступай, Беломир. Время…» – закончил голос, и парень едва не свалился со своего полена, резко очнувшись.
– Долго ты, – негромко буркнул Далебор, подходя к нему и протягивая корчагу с водой.
– Поговорили, – пожал парень плечами, благодарно кивая и припадая к таре.
– Ворот распахни, – велел старик, отдавая корчагу подошедшему казаку и доставая из-за пазухи шелковый шнурок, к которому был прикреплен странной формы камень. – То стрела громовая. Из кремня тесана. Такие только Перуновы вои носили. Пращур сам повелел тебе ее отдать. Носи и помни, не людям, самому пращуру служишь, – торжественно закончил Далебор, надевая шнурок парню на шею.
– Благодарствую, – выдохнул Беломир, с интересом рассматривая необычный оберег. – А его только так носить можно, или я могу сам все переделать? – не удержавшись, поинтересовался он, увидев, как грубо все было сделано.
– Не ко мне спрос, – угрюмо мотнул старик бородой.
– Я тебя обидел чем? – насторожился парень.
– Не ты, – отмахнулся старик. – Ты тут с боку припека. Домой ступай. Не до тебя мне теперь.
– Здрав будь, Далебор, – попрощался Беломир и, развернувшись к идолу, сжал в пальцах наконечник. «Ты меня слышишь, батюшка?» – мысленно позвал он, решив проверить, как все это действует.
«Слышу», – раздалось в ответ. Только на этот раз, ответивший голос был заметно тише. Словно звучал на большом расстоянии.
«А можно я наконечник по-своему переделаю? Неудобно его так носить. Грудь царапать будет», – быстро пояснил свою просьбу парень.
«Сам решай. Тут не в подвесе дело, а в том, что она все время тебя касаться будет. А еще лучше, ежели ты ей своей крови малость дашь. Напои и поступай, как сам захочешь. Тогда я тебя везде слышать буду».
«А чего Далебор мне такого не рассказал?» – удивился Беломир.
«Обижен, – вздохнул голос. – Сколь лет мне служит, а стрелу получил только на закате годов. Уж больно за князя своего держался крепко. Ушел, только когда кровь родная пролилась. А ты делай, как сам знаешь. Только про руду не забудь».
«Ага, понял, – кивнул Беломир, разжимая ладонь. – Про руду? – озадачился он. – Ой, дебил! Тут же кровь так называют», – едва не взвыл он в голос, сообразив, о чем шла речь.
Домой парень вернулся в растрепанных чувствах. Он действительно так и не сумел до конца принять окружающую его действительность.
