Морвейны, кто они для меня? Хозяева? Кто-то больший? Что значит мое влечение к обоим сразу — всплеск гормонов или разбуженная умелыми ласками чувственность, доселе дремавшая в глубинах сознания? Не попадусь ли в старую ловушку, не стану ли слишком зависимой от них?"
"Я длинно вздохнула и перевернулась на спину, забравшись под одеяло. Усталость оставалась, но сон не шел, и еще потихоньку возвращались те эмоции и ощущения, которые разворошили во мне в библиотеке Морвейны — тело требовало удовлетворения. И черт дернул подумать об этих искусителях, чтоб им пусто было. Да, искусители, наглые, самоуверенные самцы, охотники, лорды… М-м-м-м-м… В голове все настойчивее крутились картинки сегодняшнего вечера, вчерашнего, эмоции вспыхивали разноцветными искорками, а дыхание становилось чаще. Выход один, успокоить гложущее ощущение внизу живота, дать телу удовлетворение и уснуть наконец.
Я сдалась. Да-а-а-а-а, хочу. Руки потянули край ночной рубашки, я крепко зажмурилась и раздвинула ноги. И отпустила фантазию, смешавшуюся с реальными воспоминаниями. Пальцы сами знали, что и как делать, чтобы стремительно разраставшийся пожар страсти полыхнул особенно сильно, дошел до пика, и внутри взорвалась сверхновая. Я выгнулась, тихо застонав. Уж слишком много наслаждения, слишком ярко, вкусно. Тело не могло успокоиться еще несколько минут, несмотря на только что пережитое наслаждение, оставалось смутное ощущение неудовлетворенности. Мало пальчиков, Яна, сейчас могу в этом признаться, когда никого нет рядом. С губ сорвался долгий вздох, я зажмурилась. Спать, спать, утро вечера мудренее. Завтра насыщенный день. На этой мысли провалилась в сон.
Утром ждал очередной сюрприз: проснулась не от колокольчика, а от стука в дверь. Глянула на часы — восемь. Морвейны обычно в это время уже на работу уходят. Вовремя вспомнила, что у меня с сегодняшнего дня первая половина занята учебой, и не подорвалась, как подстреленная лань. Хлоя, что ли? Зевнула, села, хлопая ресницами. Голова оставалась тяжелой, в ней бродили отголоски вчерашних мыслей, да и общее состояние какое-то тоскливое. Здрасьте, приехали, какое знакомое состояние, посещающее большинство женщин регулярно раз в месяц. Теперь мир в черном свете дня два будет видеться. Интересно, Морвейнам знакома эта бяка, или здешние леди слишком утонченные и не страдают всякой фигней? Стук повторился, я встрепенулась и встала, поспешив к двери. Хорошо, что незачем в семь утра теперь подрываться. Я взялась за ручку и открыла.
— Доброе утро, — в коридоре стоял Лорес при полном параде, благоухая мятой и свежестью, и без тени улыбки смотрел на меня.
А в руках держал стопку моего обычного белья.