Я сидела, стараясь жевать тихо и не поднимать голову — беседа интересная, вот только непонятно, почему при мне эти разговоры так спокойно ведутся. Хотя, с другой стороны, я не выхожу из дома и общаюсь только с Хлоей. До ужаса хотелось узнать, что за операция, под какой такой артефакт попал Лорес, и про Лимер поговорить, обсудить услышанное от Хлои.
— Нет, не хочу, — отозвался Лорес. — Ты не отвлекайся, вы с Эрис что-нибудь выяснили?
— Его величество метку узнал, я ему кольцо показывал, — от ответа Эрсанна я не донесла вилку до рта, превратившись в слух и забыв, что собиралась не поднимать головы. Мой взгляд не отрывался от Морвейна-старшего. — Род Нолейвов, но они уже лет двадцать с хвостиком как не живут в Арнедилии, последняя их представительница уехала в Элимию, и с тех пор никто из них не вернулся в родную страну.
Я встрепенулась и крайне невежливо встряла в разговор.
— Двадцать с хвостиком? Лимер двадцать пять было и ее видели у часовни Девы Иметт, — выпалила сумбурную мысль, поспешно прожевала последний кусок и отставила поднос с пустыми тарелками.
Не знаю, почему мозг уцепился за сказанное Эрсанном и связал с нападением на Лореса, но порой моя интуиция выкидывала финты, которые логике не подчинялись. Вскочила по давней привычке, позабыв про Морвейнов, прошлась, сосредоточенно нахмурившись. Серое вещество работало на повышенных оборотах, напряженно собирая кусочки известной информации и пытаясь связать их в одно целое.
— Почему ты про нее вспомнила? — спросил Эрсанн заинтересованно, но я даже не посмотрела на него.
— Потому что, — рассеянно ответила, невидяще глядя перед собой. — Она из приюта, ей регулярно перечисляли деньги, она ходила в часовню покровительницы незаконнорожденных, и Хлоя слышала, как Лимер плачет, — остановилась, подумала и продолжила. — Идея с шантажом, как заставили Лимер пойти на преступление, оправдывает себя только в том случае, если девушка узнала, кто ее родители. А раз сдали в приют, рождение Лимер желали сохранить в тайне, наверняка или мама, или папа, или оба знатных кровей, и вот этим Лимер и могли шантажировать, — я снова замерла, посмотрела на Эрсанна рассеянным взглядом. — Почему она и плакала, почему и ходила в часовню помолиться заступнице. Эрсанн, а что такого было у вас в кабинете ценного и интересного? — осенило меня, и я даже не заметила, как легко и естественно получилось назвать его по имени.
— Хороший вопрос, — протянул Морвейн-старший с довольной улыбкой. — Вообще, у меня много интересного в кабинете, начиная от бумаг и заканчивая артефактами. Конечно, сейф с самым ценным, так что с ходу не отвечу, что могло привлечь вора.