И оно отзывалось с радостью на эти прикосновения, и ничего гадкого или постыдного не было в том, что я видела в зеркале. Совсем чуть-чуть смущения, да, но я к нему почти привыкла, и оно даже не мешало, привнося пряную нотку в коктейль переживаний от происходящего.
— Да, — так же тихо ответила, на губах появилась улыбка — пусть и робкая, но улыбка.
— Тебя пугают собственные желания? — снова прозвучал вопрос, и… ладонь Эрсанна накрыла самый низ живота, пальцы тихонько погладили, отчего я мысленно охнула, завороженно продолжая наблюдать за двойниками напротив.
Даже про Лореса забыла, про то, что он тоже все видит. Хотя… я чуть повернула голову, поймала в зеркале взгляд младшего, и по телу прокатилась жаркая волна. Смотрел он очень выразительно. Мои желания? Пожалуй, нет, уже не пугают."
"— Нет, — произнесла, осознав, что краткий экскурс в прошлое и эмоции, некстати разбуженные воспоминаниями, потеряли силу, поблекли, перестали дергать.
Ведь действительно, каждый раз, когда я ложилась с мужчиной в постель, на самой границе сознания теплилась мысль, что совершаю что-то грязное и постыдное. То, чем нельзя заниматься, от чего нельзя получать удовольствие. М-мамочки, как все запущено было. Не хочу больше быть такой, нет. Это же все не так. Эрсанн прижал меня к своим бедрам, дав почувствовать собственное возбуждение, и выдохнул на ухо:
— Тогда почему не можешь их озвучить, Яна? — властно, с отчетливыми нотками раздражения, и вот за этот его вопрос мне стало совестно перед самой собой. — У тебя есть время до завтрашнего вечера, милая, подумать и сделать выводы, — изрек Эрсанн, коснувшись губами плеча. — Вспомни все, что мы тебе говорили, ты умная девочка, — он крепко обнял двумя руками, так, что я тихонько пискнула, опасаясь за ребра. — Сообразишь о наших намерениях.
— Почему бы сразу не сказать о них?.. — просипела я, сердце гулко забилось в груди. — И что будет… завтра вечером?
— Ты не веришь словам, Яна, — шепнул Эрсанн, щекоча шею горячим дыханием. — Поверь поступкам. Это просто, — тихий смешок, от которого спину обсыпало горячими мурашками. — Что же до завтрашнего вечера, — он развернул меня к себе, посмотрел в глаза и продолжил. — Я тебе говорил, Яночка, игры для подростков хороши в меру, — мурлыкнул он почти мне в губы. — Но давать тебе возможность спрятаться за обвинениями, что два гадких нехороших лорда соблазнили одну скромную застенчивую женщину, совершенно не поинтересовавшись ее желанием, я не собираюсь, — он легко поцеловал меня в губы и отступил на шаг, окинув медленным взглядом. Я немедленно засмущалась, отчаянно покраснела и быстро подняла платье, кое-как им прикрывшись. Эрсанн мягко рассмеялся, как и его сын, и мое замешательство усилилось.