Все равно не вязалось убийство девочки, зачем убирать такой козырь? Зачем на Лореса нападать? Мотив, мотив, знать бы, что надо этому поганцу, многое встало бы на свои места. Но увы, пока мы его не знаем. И сдается мне, если докопаемся, кто же отец близнецов, эти сведения тоже многое дать могут.
— О чем задумалась? — Лорес потерся подбородком о мою макушку.
— О Лимер, — честно ответила. — И ее брате. Непонятно, если здесь свободные нравы, почему случилось насилие? Сигирин молодая девушка, вдова, почему отказалась от внимания мужчины?
Послышался вздох.
— Солнце мое, Яночка, ты сама свободная женщина, почему же три года к себе мужчину не подпускала? При чем здесь нравы? Он мог ей просто не понравиться, ты не рассматриваешь такой вариант?
Я половину его слов пропустила мимо ушей, сознание зацепилось за то, как он назвал меня. Сначала его отец — ""милая"", теперь сын — ""солнышко""… Ох. Возвращаемся в реальность, все нормально, Ян. Ты сделала шаг навстречу и в ответ получила еще немного нежности и тепла. А Лорес прав, мой вопрос мягко говоря не шибко умный.
— В общем да, — пробормотала, разгладив складку на юбке. — Хорошо, допустим, а почему не избавилась от детей? Если все равно потом в приют отдала?
Понимаю, звучит кощунственно, но… Я не знаю, как бы сама поступила, если бы меня изнасиловали, а я узнала, что беременна.
— Это мы узнаем, если только поговорим с самой леди Сигирин, но увы, в ближайшее время вряд ли получится посетить соседнюю страну, — Лорес тихонько хмыкнул. — Кстати, мы приехали.
Он остановил лошадь у трехэтажного, добротного каменного здания, выглядевшего респектабельно и чисто. Цветы в горшках в окнах первого этажа, штукатурка без трещин, крыльцо подметено, краска на двери не облупленная, свежая. За домом следили. Лорес спрыгнул на землю, привязал лошадь к специальной поперечине — коновязь, вроде, — и протянул мне руки. Я соскользнула прямо в его объятия, на мгновение прижалась к груди, а потом Лорес отстранился и взял мою ладонь. Мы поднялись на крыльцо, лорд следователь взялся за молоток и звонко постучал. Через пару минут нам открыла служанка, молодая девушка в темном форменном платье, чепце и переднике. Лорес переложил мою руку к себе на локоть и произнес ровным, вежливым тоном:
— Добрый день. Лорд Лорес Морвейн, старший следователь Арнедилии. Я бы хотел поговорить с начальницей этого приюта.
Глава 23
Девочка слегка побледнела, присела в торопливом реверансе и посторонилась, пропустив нас внутрь.
— Конечно, м-милорд, я немедленно доложу о вашем приходе, — пропищала она и почти бегом бросилась к одной из дверей справа.
Я огляделась. Квадратный просторный холл, на деревянном полу — дорожка к лестнице сбоку, на стенах картины в рамах, в основном пейзажи.