Мышцы расслабились, принимая, а потом сжались, втягивая. Я в голос охнула, широко раскрыв глаза. Слов не хватало, чтобы описать то, что чувствовала, но ощущения… полнее, сильнее, ярче. Губы Эрсанна прижались к основанию шеи, язык пощекотал сверхчувствительную кожу, и по ней разбежались огненные искорки. Он начал осторожно двигаться, не прекращая ласкать меня. А-а-а-а-ах-х-х… Тело расплавилось, кровь превратилась в обжигающую лаву, реальность исчезла, оставив меня наедине с наслаждением. Оно нарастало, волны накрывали одна за другой с каждым разом все сильнее, и мои стоны превратились в крики. Я не сдерживалась, это стало просто невозможно. Удовольствие на грани, а чуть-чуть боли привносили перчинку, заставляя извиваться, подстраиваться, изгибаться больше, чтобы полнее прочувствовать движения, ставшие резче, сильнее.
— Да… да… да-а-а-а-а-а… — я задыхалась от непривычных ощущений, их стало слишком много, копившееся напряжение достигло пика, и наконец взорвалось яркой вспышкой, окатив горячими брызгами."
"Между ног как звезда загорелась, и накрыла вторая волна, отключив разум, оставив наедине с наслаждением. Пожалуй, сильнейшим в моей жизни. В какой-то момент я даже испугалась, что потеряю сознание, настолько яркими были эмоции, казалось, не выдержу, рассыплюсь по кусочкам и перестану существовать. Над ухом раздался сдавленный стон Эрсанна, он несколько раз сильно толкнулся, догоняя меня, и я словила последнюю волну уже от того, что ему тоже хорошо. Совершенно обессиленная, упала на кровать, тело превратилось в желе, и шевелиться не хотелось вообще. Эрсанн накрыл меня собой, тяжело дыша, я спиной чувствовала, как неровно бьется его сердце. Уткнулась лицом в подушку, и на губах расползалась счастливая улыбка. Ладони моего лорда скользнули вдоль рук, наши пальцы переплелись.
— Яночка… — легкий поцелуй в шейку, и я ежусь от мурашек, кожа все еще слишком чувствительная. — Ты чудная… Такая чувственная… — еще один поцелуй, и у меня вырывается тихий смешок. — Чудесная просто… Сокровище…
Я млела от этих тихих слов, от нежных поцелуев, растворялась в нахлынувших эмоциях. Вяло пошевелилась — все же Эрсанн тяжелый, а сил совсем не осталось. Он скатился, перевернулся на бок, подгреб меня, крепко обняв и прижав. Я уткнулась ему в грудь, чувствуя себя счастливой и умиротворенной. Хорошо. Очень. Не хочется говорить, двигаться, даже легкое неуютство в некоторых местах не мешало наслаждаться покоем и томной негой. Ладонь Эрсанна провела по спине, запуталась в длинном пеньюаре.
— Так, нет, это уже лишнее, — решительно заявил он и уложил меня снова на спину.