Аккуратно, но крепко, на маленький бантик. Ой.
— А… Л-лор… — сипло выдавила я, в душе все смешалось — предвкушение, легкое замешательство, чуть-чуть страха и та самая пряная нотка смущения, от которой нервы дрожали и искрили, как высоковольтные провода.
— Все хорошо, милая, — улыбка стала шире, и вот мое второе запястье закреплено к изголовью. — Наслаждайся, Яночка.
После чего обхватил мою талию и потянул вниз, уложив на кровать. М-мамочки… Осознание собственной беспомощности и того, что я в полной власти Лореса, ударило в голову хмельной, возбуждающей волной, по телу прошлась горячая дрожь. Да-а-а-а… Дыхание участилось, и я облизала пересохшие губы, низ живота свело от прилива желания. Невольно стиснула колени, чуть не задохнувшись — от шеи до пяток пронзила острая вспышка наслаждения. Лорес выпрямился, его ладони снова пропутешествовали по моему напряженному телу, по-хозяйски огладив грудь, пощекотали живот, отчего я тихонечко пискнула. Там… там все чувствительное до ужаса. Особенно сейчас, под взглядом Лореса, горящим неприкрытым желанием…
Младший Морвейн начал медленно расстегивать рубашку, и мои глаза неотрывно следили за его пальцами, руки зачесались помочь, а потом дотронуться до гладкой кожи, но — ленты держали запястья крепко. Лорес уже заканчивал с последней пуговицей и я замерла, умирая от нетерпения увидеть его снова обнаженным. Он ничего не говорил, просто смотрел, лаская меня взглядом — пока взглядом, — и улыбался, коварно и искушающе. Мне оставалось только сглатывать слюну и дрожать от нетерпения, когда же наконец мой лорд приступит к главному, перестанет дразнить. Он одним движением скинул рубашку и положил пальцы на пояс штанов. О-о-о-о-о. Лицо горело, сердце бухало в ушах, и все ощущения сосредоточились между крепко сжатых ног, пульсировали там горячим солнышком. Трусики стали влажными, и так хотелось избавиться от них, тонкое кружево стало раздражать слишком чувствительную кожу, но — руки, руки связаны…"
"— Ян, — приглушенный, слегка хриплый голос Лореса музыкой отозвался в ушах, прошелся по позвоночнику мягкой кисточкой. — Ты не представляешь, как соблазнительно сейчас выглядишь. Такая беспомощная… — его пальцы мучительно медленно расстегивали пуговицы на штанах, а я задохнулась от его слов, не в силах отвести взгляд от внушительной выпуклости. Хотелось прикоснуться, погладить, приласкать… — И вся моя… — так же неторопливо Лорес стал стягивать штаны, пока я хватала воздух открытым ртом — он царапал пересохшее горло, с трудом проникая в легкие.
Боже, я схожу с ума. Никогда не думала, что мне могут понравиться такие пикантные игры на грани. И это осознание, что находишься в полной власти мужчины… Ох.