— Осторожнее, милая, — мягко прожурчал он на ухо и одарил легким поцелуем. — А то напомню, кто тут главный.
Неслышно вздохнула, прислонилась затылком к плечу Лореса и послушно отозвалась:
— Ты, конечно. Но сваливать на меня то, с чем сам можешь прекрасно справиться, не позволю, — добавила с тихим смехом.
Закончилось все тем, что мы устроились на широкой кушетке, я забралась с ногами и прихватила книгу, подложить под приглашения — чернильница стояла рядом на столике. Лорес сидел напротив, тоже с книгой, и сочинял меню на предстоящий прием. Сола нагло забралась к нам, повертелась и улеглась на коленях Лора, совершенно проигнорировав, что ему не слишком удобно писать. Сильва свернулась клубочком рядышком со мной, благо кушетка широкая, места всем хватило. Лорес рассеянно погладил рыжую за ухом, и я на мгновение отвлеклась, залюбовавшись его сосредоточенным лицом. Картинка, конечно, умилительная, лорд главный следователь Арнедилии в полурасстегнутой рубашке, домашних штанах и с кошкой на коленях. Подперла подбородок ладонью, поставив локоть на ручку, и задумчиво улыбнулась, скользя взглядом по таким родным чертам. Лор отвлекся, вопросительно посмотрел на меня.
— Ян? Что-то не так?
— Все так, — тихо ответила я и добавила. — Просто смотрю. Мешаю?
На его губах появилась ответная улыбка, в глазах засеребрились знакомые звездочки.
— Нет, — так же тихо ответил он, и не отрывая от меня взгляда щелкнул пальцами.
В камине с негромким треском занялись дрова, и в комнате прибавилось уюта — мне нравился живой огонь. Только окно надо приоткрыть, чтобы не слишком душно было. Я отложила книгу с приглашением, перо, и аккуратно вытащила из-под Сильвы юбку. Подошла к окну, распахнула створки и вдохнула свежий вечерний воздух, наполненный ароматами цветов из сада. Красота… Потом вернулась на кушетку и снова занялась приглашениями. В общем, ничего сложного — только вписать имена, по возможности аккуратно. Вертя в пальцах перо, задумалась на тему местного аналога перьевой ручки. Может, если объяснить, тоже приживется нововведение? Ведь ничего сложного, в прошлой жизни у меня такая была, вместо шариковой. Уж нарисовать элементарный поршень моих гуманитарных мозгов хватит, а остальное пусть соображают местные кулибины. Мое дело идею подать, как с печатной машинкой.
Вскоре к нам присоединился Эрсанн — зашел, окинул нашу компанию невозмутимым взглядом и уселся рядом со мной прямо на пол. Чернильница сразу повисла рядом в воздухе, как и стопка чистых приглашений, и работать стало удобнее. На моих губах появилась улыбка, рука сама потянулась к слегка растрепанным темным прядям, и пальцы зарылись в них, легонько поглаживая, массируя.