Попаданка оказывается в магическом мире, став служанкой Сайгаросской академии. Она меняет свою жизнь, сталкиваясь с неизвестными обстоятельствами и необходимостью выживать среди местных интриг. Перед ней открывается конфликт между её прошлым и новой реальностью.
- Восстановиться? - неприятно удивилась я и нахмурилась, вспомнив, недавнюю слабость. - Что со мной? Или супер здоровье было временным эффектом? А я ещё удивлялась, куда вдруг делись мои земные болезни.
- Болезни - результат несоответствия вибраций разных миров, теперь вы находитесь там, где должны были, поэтому большинство проблем со здоровьем просто ушли, - терпеливо объяснил заместитель ректора, а после секундной заминки добавил: - Сейчас у вас небольшое истощение из-за длительного взаимодействия с иллюзией. Она подпитывалась вашей энергией, но… мы успели уложиться в критический срок. Я всё рассчитал. Через пару дней вы восстановитесь, - поспешно заверил он, увидев, как я нахмурилась.
Рассчитал он! А если бы не уложились в срок или меня всё же отравили, это считалось бы допустимой потерей?! У меня уже просто не осталось сил на него злиться, смогла только устало выдохнуть:
- Ну вы просто настоящий… профессионал!
Дом, где я оказалась, был небольшим, деревянным, неухоженным, но уютным и находился прямо в лесу в центре большой цветущей поляны, огороженной белыми колышками.
Ригартон в пояснения не вдавался, сказал только что это надёжное, безопасное место. Разрешил гулять здесь, но запретил выходить за эти колышки, обозначающие границы защитного барьера, непропускающего диких животных, которых здесь немало.
Наверное, этим заявлением он хотел напугать, но во мне проснулся лишь азарт, усилившийся замечанием, что где-то в этих краях даже бродит настоящая виверна.
- Настоящая Виверна! Да это же почти дракон! - искренне восхитилась я в ответ на предостережение, и Ригартон мученически закатил глаза, проворчав:
- Узнаю этот взгляд полный восторга, приправленного всего лишь каплей страха. Ваш отец был таким же фанатиком. Это он её сюда и притащил, когда та была ещё раненым детёнышем. Шрам ему на всю жизнь оставила. Что ж, придётся укрепить барьер так, чтобы вы не могли за него выйти, а то чувствую, кому-то уже не терпится отправиться на разведку.
Я разочарованно вздохнула, но спорить не стала, зато рискнула задать давно напрашивающийся вопрос:
- Вы раньше ничего об отце мне не рассказывали. С чего вдруг теперь начали? Не боитесь, что я в итоге вычислю его семью?
- Я уже успел вас изучить, и уверен, вы не используете эту информацию в корыстных целях, - пожал он плечами, глядя куда-то в лесную чащу, начинающуюся сразу за поляной. Впереди она была густой, а за домом редела и между деревьев угадывалась дорога. Правда, заметно поросшая травой.
