В темном доме, где каждое шелестящее движение прозвучит громче обычного, главная героиня Служанка с секретом мчится по коридорам. Ее ужасающая неуклюжесть требует тщательности и осторожности в каждом шаге. Здесь она встречает лишь собственный вздох и шепот соседа, пытаясь донести до читателей напряженность и стресс ситуации без прямого описания происходящего....
— Вы, должно быть, сошли с ума, — добавляю, как можно уважительнее, но Мариус даже бровью не повел.
— Ты либо соглашаешься на мои условия. Либо лишаю наследства, — говорит он таким спокойным голосом, словно речь идет не о моей судьбе, а о какой-то безделушке, которую можно выкинуть.
Моя судьба и наследство в его руках. Родители определенно допустили ошибку, за которую мне теперь придется расплачиваться.
— Как вы себе представляете, что я, — стараюсь не повышать голос, — наследный герцог, буду драить уборные?
— А никто не будет знать, что ты герцог, — говорит спокойно.
— Это абсурд… — не выдерживаю, хотя на языке крутятся ругательства куда поотборнее.
— Ты заставил кучера несколько часов стоять на морозе, — начал он свои бесполезные нравоучения. — Ты не знаешь ни одного имени слуг, они для тебя словно пыль.
Мариус говорил с запалом. А меня уже тошнило.
И снова этот бред о слугах, уважении и блаженном мире. От этого разговора кулаки сжимались сами собой. У меня было достаточно дел, чтобы заводить дружбу со слугами.
— Я не стану играть в служанку…
— Тогда я лишу тебя наследства, — повторил Мариус, поправив перстень на пальце. — Выбирай. Ты поедешь в зимние владения короля до конца года или останешься жить со мной.
4
Сквозь закрытое окно слегка проникали лучики. Я провел
последние несколько часов в своих покоях, которые наполнил запах табака. Проводить меня пожаловал Гордон, друг со времен академии.
Он принес мне прощальный подарок, который я с радостью опробовал, представляя, как взбесится Мариус, когда ему доложат слуги.
Гордон же держался от табака подальше, предпочитая крутится возле зеркала. Наверняка боялся любимой маменьки, которая подсовывала ему страшных, но знатных невест. Я был уверен, скоро на одной из них он и женится.
— Так ты у нас теперь служанка Дэн? — Оскалился во все зубы Гордон. Несмотря на то, что он был моим другом еще с академических времен, я не считал его менее тупым, чем он был.
