Ночной викториной начинается роман Димы и приезжей в Москве девушкой из другой реальности. В ярких огнях рекламы она словно заблудшая бабочка попадает в город с невероятными возможностями. С его помощью, она выходит на новый уровень своих потенциалов, открывая двери к неожиданной любви и самопознанию....
Я вынут сотовый из кармана и набрал Честенера.
– Макс, есть новости?
– Конечно, – весело отозвался он в трубку. – У Джулии прорезался зубик! И она мне это уже полчаса доказывает, оставляя отметины на моих руках.
– Может, позвонишь адвокатам, пока не остался без пальцев? – ворчливо перебил я. – У меня тут тоже зуб прорезался… Точнее, на меня у кое-кого.
– Уже, – понизил голос Честенер. Жёстко добавил: – Не беспокойся о добрачном договоре, мои ребята разнесли в щепки… – И снова весело проговорил: – Кстати, о щепках! Я тут отжал для тебя пару берёз.
– Спасибо, дружище, – криво улыбнулся я.
Тут дверь распахнулась, а я едва не ввалился в комнату. Поднял глаза и обомлел.
При виде моей бабочки, облачённой в облегающее алое платье с умопомрачительным разрезом, что приоткрывал самое сокровенное, и невероятно смелым декольте, подчеркивающим налитую грудь Евы, у меня перехватило дыхание.
Глава 61. Дима
– Господин Леонов решил вместо работы заляпать слюной пол около моей спальни? – дерзко бросила Ева, переступила через меня и поплыла по коридору. – Макс, нам пора, – она постучала в соседнюю комнату, и когда дверь приоткрылась, легкой походкой, не оборачиваясь, пошла к лестнице.
Пока я приходил в себя и пытался встать, Ева уже оказалась внизу и на весь холл громко и четко сказала:"
"– Надеюсь, машина готова? Коул, я могу тебе доверить самое ценное? – она протянула охраннику руку и вложила что-то в его ладонь.
– А как же... – замялся парень и, столкнувшись со мной взглядом, покраснел, – босс...
– Леонов решил притвориться ковриком, – кольнула Ева. – Ты же можешь отвезти меня в клуб? Я опаздываю. Мы с Максом опаздываем.
Меня будто током ударило.
– Коул! Во вторую машину! И, чёрт возьми, где твоя рубашка?!
– Босс, вы же сами ее забрали, – попытался он оправдаться.
– Тогда вали домой! – отпихнул я его, но Ева встала между нами с таким видом, что я невольно отступил.
– Коул ты можешь взять рубашку моего отца, – нагло бросила бабочка, но взгляд со мной не разорвала. С одного слова начинается недоумение, с одного взгляда объявляется война.
