Автор
Журналисты Лукреция Нимрод и Исидор Каценберг расследуют смерть комика Дариуса по прозвищу Циклоп. Они обнаруживают, что за трагедией стоит таинственное сообщество GHL и опасное явление смеха. Их расследование приводит к открытию загадочных событий вокруг смерти и смеха.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Смех Циклопа»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Журналисты Лукреция Нимрод и Исидор Каценберг расследуют смерть комика Дариуса по прозвищу Циклоп. Они обнаруживают, что за трагедией стоит таинственное сообщество GHL и опасное явление смеха. Их расследование приводит к открытию загадочных событий вокруг смерти и смеха.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Журналисты Лукреция Нимрод и Исидор Каценберг расследуют смерть комика Дариуса по прозвищу Циклоп. Они обнаруживают, что за трагедией стоит таинственное сообщество GHL и опасное явление смеха. Их расследование приводит к открытию загадочных событий вокруг смерти и смеха.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Тогда нашим Великим магистром был он, Пьер Дак. Во время войны он руководил подпольным радиовещанием «Французы говорят с французами» под эгидой Лондонского радио. Как деятеля Сопротивления его схватили и бросили в застенок. Он бежал и стал из Лондона высмеивать правительство Виши.
– Знаменитый лозунг «Радио Парижа лжет, радио Парижа немецкое» под музыку «Ла Кукарача»! – демонстрирует познания Исидор.
– Браво, это мало кто знает! После войны Пьер Дак и его друзья Франсис Бланш, Рене Госсини и Жан Янн изобрели жесткий юмор. Так возрождалась GLH. Мы проникали в сатирические журналы, в издания комиксов, в политические газеты, потом на радио, на телевидение, в кинематограф. Без нас не было бы фильмов с Бурвилем, Фернанделем, де Фюнесом.
Она не может сдержаться и гладит закрытый чемоданчик с BQT.
– После смерти Пьера Дака управление переходило из рук в руки людей, не пользовавшихся известностью за пределами маяка. Движение становилось все герметичнее, отрывалось от окружающего мира. Нас тайно финансировали щедрые дарители, часто из числа прославленных комиков и кинопродюсеров. Так мы пришли к полной автономии и к регулярному анонимному сочинению шуток.
– Тех, что звучат в бистро и в школьных коридорах, тех, что помещают на обертках сладостей?
– Любых, но с одной и той же философией: обличение тиранов, ретроградов и зазнаек, борьба со святошами и с занудами, против суеверия и расизма. Можно обо всем говорить, надо всем смеяться, лишь бы с уважением к человеку, а не с намерением его унизить.
– У вас была своя школа?
– Конечно, на маяке велась учеба. Мы повышали квалификацию юмористов, подсказывали им темы для шуток. Борис Виан был из наших. Это он обнаружил, что «выход – это вход, которым пользуются наоборот» и что «говорить об идиотах в наши глубокомысленные дни – единственный способ доказать наличие у тебя свободной независимой мысли».
Лукреция уже подметила, что цитирование юмористов – местный вид спорта: вся GLH только этим и занимается.
– В мае 1968 года мы стояли за студенческим движением, снабжали его лозунгами, афишами, гэгами: «Под мостовой пляж», «Запрещать запрещено», «Не желаю тратить жизнь на заработки», «Будьте реалистами, требуйте невозможного», «Беги, позади тебя старый мир». Все эти юмористические лозунги придумали наши творческие люди из маяка-призрака.
– Но Май-68 провалился, – напоминает Лукреция.
– У нас была идеологическая программа нового общества. Студенты и профсоюзы слушали нас вполуха. Личные интересы и политический эгоизм пересилили истинное желание изменить мир. После провала Мая-68 мы решили действовать коварнее. Через наш английский филиал мы поспособствовали созданию британской комической группы «Монти Пайтон».
