Некоторые партии заклеймили как несъедобные, и оптовики вернули тысячи банок на склады. Анализ показал, что в некоторых образцах содержалось разное количество хинина. И тогда Тингли, то есть мистер Артур Тингли, нынешний хозяин компании, нанял Дол Боннер расследовать происходящее.
– Вам известно, как вышло, что он выбрал именно мисс Боннер?
Эми кивнула:
– Уже достаточно давно «Пи энд би» пытались выкупить у Тингли его бизнес…
– Вы сейчас о корпорации «Провиженс энд беверидж корпорейшн»?
– О ней. Настоящий пищевой спрут. Они предложили триста тысяч долларов за весь бизнес целиком. Один из их вице-президентов долго носился с этой идеей, но Тингли отвечал ему отказом. Он заявил, что только имя и репутация, завоеванные за семьдесят с лишним лет, стоят полмиллиона. И вот, когда начались эти проблемы, Тингли пришло в голову только одно: «Пи энд би» подкупили кого-то на фабрике добавлять в продукцию хинин и довести его, Тингли, до такого состояния, когда он с радостью все продаст и покончит с бизнесом. На фабрике начали внутреннее расследование в отношении работников, но посчитали, что зайти можно и с другого конца.
– И натравили Боннер на «Пи энд би»?
– Точно. На фабрике Тингли, это на Двадцать шестой улице, за производство отвечает женщина по фамилии Йейтс. Ей было известно о мисс Боннер, так как обе члены Лиги деловых женщин Манхэттена. По ее предложению Тингли нанял Дол Боннер, и мне поручили работать с вице-президентом «Пи энд би» – тем самым, который пытался заключить с Тингли сделку. Я призналась мисс Боннер, что Артур Тингли приходится мне дядей и что раньше я у него работала, но уволилась после ссоры с ним, а она ответила, что это не причина отстранять меня от задания и что остальные сирены заняты чем-то еще.
– Тингли не выступил против вашего вмешательства?
– Он о нем не подозревал. Я очень давно не видела дядю, и он даже не знал, что я работаю на «Боннер и Раффрей». Во всяком случае, не думаю, чтобы знал. Но сегодня утром он, по его словам, услышал, что это дело поручили мне, и прямо заявил мисс Боннер, что не доверяет мне и не допустит моего участия.
– Значит, теперь вы опасаетесь быть уволенной? Это и есть те неприятности, в которые вы угодили?
– Не в том дело, – покачала головой Эми. – Они лишь небольшая часть моих проблем. Три недели назад я познакомилась с… э-э-э… тем вице-президентом «Пи энд би» и начала… ну… то есть приступила к расследованию. Он молод и довольно симпатичен, знает свое дело, уверен в себе и весьма… скажем так, энергичен в роли бизнесмена. Мы наладили… довольно теплые отношения. А затем, в субботу вечером, я увидела его в ресторане «Рустерман», в баре, где он вел задушевную, как мне показалось, беседу с Дол Боннер.
– Не повезло бедняге, – хохотнул Фокс.