Автор
Настю Каменскую волнует будущий свадебный вечер больше всего на свете, хотя каждый рабочий день приближает ее к отпуску и дню, когда она покинет незамужнюю жизнь вовсе. Невеста не может скрыть трепетного ожидания каждого дня — будто каждая минута здесь важнее обычной жизни за городом....
Ты можешь сделать матери приятное один раз в год?"
"– Давай лучше мы с Лешей придем к вам в гости, – предложила Настя. – Хоть поговорим нормально. А то на этом сборище и пообщаться не дадут. Я там умру со скуки. Ну, мам, ну пожалуйста…
– Настасья, не спорь. В гости вы и так придете. Я прошу тебя, собирайся и к семи часам подъезжайте с Алешей к киноцентру, мы с папой вас там встретим. Ты пойми, там будет масса моих знакомых, в том числе посольских, я столько рассказывала им про свою необыкновенную дочь и ее необыкновенного профессора Чистякова, что мне уже никто не верит.
И тут Настю как током ударило. Она внезапно поняла, что мать порвала со своим шведским возлюбленным. И теперь хочет показать людям, которые знали о ее романе, что у нее все в порядке и замечательная семья, которую она и не думала бросать. «Господи, как по-женски», – засмеялась про себя Настя.
– Хорошо, мамуля, – радостно согласилась она. – Мы придем.
Сегодняшнее мероприятие в киноцентре было устроено вокруг выставки фотохудожницы Аллы Моспановой. Сама она, худощавая, смуглая, с волосами, плотно повязанными косынкой, и с множеством браслетов на обнаженных красивых руках, стояла в толпе друзей и почитателей. Она была невероятно талантлива, и выставки ее фоторабот объездили весь мир.
– Ты что, знакома с ней? – спросила Настя, видя, как мать решительно зашагала прямо к Моспановой.
– Конечно, – на ходу бросила Надежда Ростиславовна.
Она так и сказала: «у нас». И Настю это почему-то задело.
Мать и художница горячо расцеловались.
– Познакомься, Аллочка, это мое семейство. Леонид, мой муж.
Леонид Петрович вежливо склонился к руке Моспановой.
– А это моя дочь Анастасия, про которую я тебе столько рассказывала. И ее муж Алексей.
– Очень рада.
Алла приветливо улыбнулась и, звякнув браслетами, протянула по очереди им руку.
– Так вы та самая Настя, которая знает пять языков и работает в милиции? – спросила она, с любопытством оглядывая Настю с ног до головы.
– Кажется, та, – подтвердила Настя, – если меня за время маминого отсутствия не подменили.
– И вы действительно знаете пять языков?
– И работаю в милиции.
Ей стало тошно. Сделали из нее белого слона, которого водят по улицам на веревочке и показывают за деньги.
