Как хорошо вот так сидеть, ощущая рядышком теплое, такое родное тельце дочки и зная, что она довольна и весела, и Степка здоров и уже видит второй сон в своей постельке, и все у них в порядке, и завтра тоже все будет в порядке, они проснутся, выйдут на кухню, а там будет сидеть красивая и добрая фея Эля, которая приезжает каждый день к семи утра, чтобы накормить всех завтраком и отвести Степку в садик, а Ваську в школу. Как хорошо… Если бы еще…
Нет, не думать, не вспоминать, не сожалеть. Составлять расписание.
Следить за временем. Заниматься работой. Двигаться дальше. Жить.
Настя Каменская с остервенением передвигала рычажок будильника, не понимая, почему он не перестает звенеть. Пришлось открыть глаза и с удивлением обнаружить, что до звонка еще целых десять минут. Что же это так назойливо мешает спать?
Оказалось, что спать мешает телефон. Из ванной доносился шум воды, и она поняла, что Алексей принимает душ и поэтому не снимает трубку. Пришлось откидывать одеяло и тянуться к лежащей на столе телефонной трубке.
– Пална, дрыхнешь? – послышался голос Сережи Зарубина.
– А ты как думаешь! – сердито отозвалась она. – Что еще я должна делать, по-твоему, без десяти семь утра?
– Ждать меня, – уверенно ответил Сергей. – Нет, Пална, я серьезно, можно у тебя помыться и позавтракать?
Настя села в постели и потрясла головой.
– Я что-то не совсем…
– Да у меня скандал продолжается. – Голос Сергея вдруг стал жалобным и унылым. – Вчера вроде начали мириться, а потом снова-здорово, слово за слово – и пришлось хлопнуть дверью.
А куда деваться-то? Время полвторого ночи. Вот и спал в машине. Весь помятый, несвежий и голодный. Спасешь несчастного?
Сон, наконец, отступил окончательно, мысли прояснились.
– Конечно, Сержик, конечно, – торопливо произнесла Настя. – Ты далеко?
– Рядом. Я же знал, что ты не отвергнешь бездомного и не оставишь его без куска хлеба. Буду через пять минут.
Она накинула халат и постучала в дверь ванной.
– Леш, у нас гости. Что на завтрак приготовить?
Из ванной выглянул муж, половина лица уже выбрита, другая половина в белоснежной пене, в руках бритва.
– А кто это нас осчастливит в такую рань?
– Зарубин. У него дома столетняя война, он в машине спал.
– Сейчас я добреюсь и что-нибудь соображу, пока ты будешь мыться.
Сергей явился не через пять минут, как обещал, а через целых пятнадцать, за это время Настя успела принять душ и умыться, а Алексей приготовил вполне приличный завтрак на троих.
