Частный детектив Анастасия Каменская и оперативник Антон Сташис расследуют покушение на Л. А. Богомолова в театре «Новая Москва». За интригой следствия стоят лжи и скрытые мотивы, связанные с родительской любовью и жаждой успеха.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Смерть как искусство. Том 2. Правосудие» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Частный детектив Анастасия Каменская и оперативник Антон Сташис расследуют покушение на Л. А. Богомолова в театре «Новая Москва». За интригой следствия стоят лжи и скрытые мотивы, связанные с родительской любовью и жаждой успеха.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Александра Маринина Легкое чтение Детективы подборки серии
Частный детектив Анастасия Каменская и оперативник Антон Сташис расследуют покушение на Л. А. Богомолова в театре «Новая Москва». За интригой следствия стоят лжи и скрытые мотивы, связанные с родительской любовью и жаждой успеха.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Смерть как искусство. Том 2. Правосудие» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
После ухода Каменской и Антона Вероника Колодная некоторое время пребывала в смятении, которое совершенно лишило ее воли к какому-либо действию. Она ходила взад и вперед по комнате и все пыталась осознать случившееся. Если верить тому, что написано в пьесе, получается, что Никита, ее Никита, ее любимый, единственный, ненаглядный Никитушка, – хладнокровный жестокий убийца. Но этого же не может быть! Не может! Не может оказаться убийцей человек, способный на такую преданную, такую нежную и горячую любовь. А в том, что Никита ее действительно любит, Вероника ни минуты не сомневалась. Он столько лет добивался ее, столько лет ждал, пока она согласится выйти за него замуж, терпел ее капризы, отказы, слезы, мирился с тем, что она не хотела выходить замуж без пентакля. Сам вызвался поехать поговорить со Светой, а когда ничего не получилось, решил встретиться с ее мужем. Он так много сделал во имя своей любви, так старался, чтобы ей, Веронике, было хорошо! Разве может такой человек убить? Нет, нет и нет! Украсть может, но не убить же.
Но почему же тогда в пьесе написано, что убийца – Юрий, в котором сама Вероника так явственно видит своего Никиту? Никакой Никита не Юрий, ничего общего, ну ни капельки! И никакого дорожно-транспортного происшествия не было, и никакого лечения, и никаких разговоров о компенсации. Нет, Юрий – это не Никита, и нечего об этом даже думать. Хотя, с другой стороны, все остальное в пьесе – правда, и ее собственные свидетельские показания на суде приведены почти дословно, и то, что говорила Света, тоже передано очень близко к тому, что было на самом деле, и слова прокурора, и речи адвоката, и показания других свидетелей. Если все это правда, а это правда, потому что Вероника отлично все помнит, значит, и про Юрия тоже… Или не значит?
Она никак не могла привести в порядок мысли, они путались, сбивались, налезали одна на другую и не хотели выстраиваться в четкую, логически последовательную цепочку. Надо поговорить с Никитой. Вот это будет правильным. Надо просто поговорить, рассказать ему…
Что рассказать? Про пьесу, которую он репетирует уже два месяца и знает наизусть? Только сейчас Вероника вдруг осознала, что за эти два месяца Никита ни разу не пересказал ей содержание пьесы и не показал текст роли, как всегда бывало раньше. Да, он много говорил о том, что роль большая и очень важная для него, что пьеса сырая и требует больших переделок, что автор пьесы по имени Артем сидит на каждой репетиции и прислушивается к замечаниям и поправкам, которые делают актеры и режиссер. Он говорил о покушении на Льва Алексеевича, горевал, когда убили Артема, не скрывал своего страха, когда ему объявили, что он может стать следующей жертвой. Да, это все было.
