Оказалось, что точное время назвать не так-то просто. Ее высокая, облаченная в «розовый цикламен» фигурка и почти прикрывающая лицо черная шляпка мелькали то тут, то там, ее странный громкий смех, отчетливо выделявшийся из общего гомона голосов и прочих звуков, то и дело доносился с разных концов лужайки, где она болтала с посетителями.
— Полагаю, — неуверенно произнес он, — примерно около четырех.
— Где она тогда находилась и с кем?
— Рядом с домом, в толпе гостей.
— А когда появился де Суза, она была там же?
— Не помню. Не думаю. По крайней мере, я ее не видел. Сэр Джордж сказал де Сузе, что его жена где-то неподалеку. И кажется, был очень удивлен, что она куда-то пропала, хотя должна была проводить конкурс карнавальных детских костюмов.
— В какое время пришел де Суза?
— Думаю, около половины пятого. Я не смотрел на часы и не могу сказать точно.
— А леди Стаббс исчезла до его прихода?
— Вероятно, специально спряталась, чтобы избежать встречи с ним, — предположил инспектор.
— Вероятно, — согласился Пуаро.
— Что ж, она не могла уйти далеко, — сказал Бланд. — Мы без труда найдем ее, а когда найдем… — Он не договорил.
— А если не найдете? — не преминул спросить дотошный Пуаро.
— Ерунда! — с жаром возразил инспектор. — С какой стати? Что, по-вашему, с ней могло случиться?
Пуаро пожал плечами.
— В самом деле, что? Никто не знает. Известно лишь, что она исчезла!
— Полно, месье Пуаро, вы таким тоном это говорите, что мерещится нечто ужасное.
— А вдруг так оно и есть?
— Мы расследуем убийство Марлин Таккер, — строгим голосом напомнил инспектор.
— Конечно, конечно. Но тогда почему вас так интересует де Суза? Вы думаете, что это он убил Марлин Таккер?
— Это все ее фокусы! — ни с того ни с сего брякнул инспектор.
— Вы имеете в виду миссис Оливер? — Пуаро слегка улыбнулся.
— Да, ее. Видите ли, месье Пуаро, убийство Марлин Таккер бессмысленно. То есть абсолютно бессмысленно. Кто-то задушил неприметную, глуповатую девчонку — и никаких намеков на мотив.
— А миссис Оливер снабдила вас мотивом?
— По меньшей мере, дюжиной! Чего только она не наговорила. То Марлин якобы могла знать чью-то любовную тайну, то Марлин могла быть свидетельницей убийства, то ей было известно, где спрятан какой-то клад, то будто бы она могла видеть из окна лодочного домика, что делал посреди реки приехавший на моторной лодке де Суза.
— Не знаю. Но я не могу теперь отделаться от всех этих ее, так сказать, версий.
