«Внешний облик – это первое, что делает женщину женщиной», – к месту вспомнились слова Элфи, которые он мне когда-то говорил, а у меня в то время на языке вертелись разные скабрезности по поводу того, что делает женщину женщиной. Сейчас же я поняла: всему свое время… Мое пришло сейчас. Впервые я готова стать чем-то большим, чем страшненькая тощая замухрышка, и изменить собственный взгляд на саму себя. Ну и почему-то я решила, что начинать надо именно с нового гардероба… Шертовы любовные романы! Их влияние неискоренимо…
Особняк из серого камня встретил меня незапертой дверью и полным отсутствием слуг. Что было странно, учитывая занятость Айрин и ее достаток. Без помощников ей было бы очень трудно. Разве что я пришла в какой-нибудь выходной день и всю прислугу отпустили? Даже того старичка, что встречал нас в первый приход, не было.
Я в нерешительности стояла в просторном зеркальном холле дома и думала, что же делать дальше? Может, покашлять? У эльфов ведь прекрасный слух, уж ненамного хуже, чем у демонов. И если Айрин дома, то она точно услышит меня. Потом пришла мысль прислушаться самой. Эта идея понравилась мне куда больше, ведь если я пришла не вовремя, то смогу пойти погулять.
Обычно я старалась блокировать свои чувства. Ведь, согласитесь, мало приятного, когда ощущаешь целую гамму ароматов, в число которых входят не только запахи цветов. Я даже духи не могла выносить, потому как тончайшее восприятие делило компоненты на составные части. А знаете ли вы, что в самые популярные запахи Эдэльвайса добавляют секрет одного весьма вонючего зверька? Это отвратительно, чувствовать все эти запахи тела, пота, духов, волос, одежды, красителей и прочего. Поначалу, когда мне с трудом удавалось подавлять восприятие, я готова была сойти с ума от резких звуков, издаваемых не только большими существами, но и самыми мельчайшими. От запахов, которые преследовали меня везде, от чрезмерной чувствительности кожи, когда берешь лист бумаги, а ощущение такое, что в руках держишь кусок наждачки. Даже чуть испорченная еда могла вызвать рвотные позывы. Но со временем все пришло в норму, и теперь органы чувств работали, как слаженный механизм. Я могла выключить и включить любой из них. Последнее, собственно, я сейчас и сделала.
Мир тут же наполнился невероятным множеством звуков, благодаря которым я могла свободно ориентироваться в пространстве даже с закрытыми глазами. А моего слуха коснулся громкий девичий смех.
– О, какой он большой! – сквозь смех воскликнула Айрин. – Это просто что-то невероятное! Потрясающе! – продолжала свой восторженный лепет эльфийка.
– Тебе нравится? – с придыханием спросил очень хорошо мне знакомый гном.