В зале, заполненном тишиной и мраком, роженица скрежетала зубами от боли. Ей нужна была помощь, но никто не мог ей помочь. Только страж смертельно белый, стоял рядом стеной из мрамора, готовый сделать все необходимое для хозяйки. Эти строки дышат ужасом и безвыходностью ситуации....
Единственное, что отличало это творение местного зодчества от прочих деревенских домов, так это внушительный размер.
Нима, разменявшая пятый десяток и давно располневшая, была главой проживающей здесь семьи. Она умудрялась держать в ежовых рукавицах даже собственного мужа – грозу местного населения, а по совместительству кузнеца, что уж говорить об остальных членах семьи. Нима была матерью шестерых детей, которые, по всей видимости, характером пошли в отца. Деревенские всякий раз замирали в ужасе, стоило только этой гвардии высунуть нос из дома.
Солнце стояло в зените, когда грузная Нима, скрипя половицами, вышла на крыльцо собственного дома и, словно набат, что есть мочи заголосила:
– Мара! Ким!
Ответа не последовало.
– Мара! Ким! Где вас леший носит? – уже себе под нос пробормотала женщина.
– Шо, опять убегли куды? – поинтересовался проходящий мимо поддатый мужичок.
– Угу, – невнятно вздохнула женщина. – С самого утра где-то бродят, – растерянно хмыкнула она.
– Так понятно ж дело, лето, – сказал с видом мудреца мужик и проследовал дальше.
– Я им покажу лето… – прошипела Нима и вернулась обратно в избу.
– Ким, ну сколько еще, а?! – не выдержала я. – Может, мы вообще не в ту сторону идем?
Уже три часа мы плетемся в гору! Все ноги стерли, а никакой избушки и в помине нет! Да и зачем какому-то целителю из Межрасовой академии магии тут селиться? Если только он не сумасшедший какой, чтобы покинуть столицу ради нашего забытого богиней уголка.
– В ту, – буркнул брат, недовольно глянув на меня, но тут же смягчился. – Мар, послушай, я точно знаю, что он где-то рядом.
