В зале, заполненном тишиной и мраком, роженица скрежетала зубами от боли. Ей нужна была помощь, но никто не мог ей помочь. Только страж смертельно белый, стоял рядом стеной из мрамора, готовый сделать все необходимое для хозяйки. Эти строки дышат ужасом и безвыходностью ситуации....
Конечно, на самом-то деле он не запыхался, но долгое время, проведенное вне своей страны, наложило особенный отпечаток на манеру его поведения. С людьми он вел себя как обычный человек, с успехом имитируя свойственные представителям этой расы особенности поведения и жесты.
– Добрый день, Тарий. Как видишь, я прибыл к тебе не один, – вступил в разговор Орэн.
Когда-то давно этот юноша был и его ректором, а также учителем. Какая же шутница эта вертихвостка судьба! Ведь сейчас, стоя перед этим пареньком, он, пожилой человек и состоявшийся маг, вновь чувствует, как стучала в его венах юность.
– Вижу, вижу, Орэн, мальчик мой, – ласково улыбнулся юноша. В улыбке его было что-то теплое, отеческое, а у Кима только глаза на лоб полезли от этого «мальчик мой, Орэн».
«Может, парень так шутит?» – подумалось ему. Тарий, без труда читавший его мысли, лишь негромко хмыкнул.
– И кто же это с тобой? А? – все так же улыбаясь, спросил ректор. – Ох, что-то я сегодня совсем рассеянный какой-то! Присаживайтесь, – указал он на два мягких кресла, находившихся перед его столом.
– Спасибо, ректор, – усаживаясь, отозвался Орэн.
«Ректор!!!» – сам себе мысленно заорал Ким. Тарий невольно дернулся и перевел свой взгляд на парня.
– Юноша, не орите так, прошу вас. И без того голова побаливает. Все это, – ректор обрисовал овал своего лица указательным пальцем и с самым серьезным видом продолжил: – Чудеса эльфийской косметологии.
Сказав это, Тарий не выдержал и очень озорно улыбнулся.
– Ким, прости, как-то из головы вылетело предупредить, – немного смущенно заговорил Орэн. – Прошу знакомиться. Тарий, это мой внучатый племянник, Энаким Аррели Канэри. Ким, это ректор МАМ Тарий Осбен, как ты, я думаю, уже догадался, не человек…
– Вампир, – зловеще улыбнулся Тарий, обнажая клыки.
Ким невольно вжался в спинку кресла и попытался улыбнуться в ответ.
– О, прости, Орэн, не удержался, – заливисто засмеялся «юноша», ему вторил и старый маг.
Что бы ни произошло с Орэном за все эти годы, но Тарий был одним из немногих, кто не осуждал мага и не видел его вины в произошедшем. И за одно только это Орэн был благодарен своему учителю. Пусть они не были слишком близки, но этот вампир был гораздо мудрее многих и не смотрел на мир только в одной плоскости, поэтому и видел куда больше других.
– И ты, Ким, извини.
