Автор
Утро приходит без тени надежды: пастухи, лошади и их кони сидят навалившись на гривны своих конюшек, словно спящие чудовища. Лица усталые, мрачные - как бы из-за скопления грязи, а одежда истлела на теле от многого пути. Они ищут сухую травку, но всё вытоптано копытами лошадей за века....
– Конечно. Согласно подписанному между нами договору.
– Печально…
– Послушайте, вам осталось жить несколько недель. Да-да! Медицинские прогнозы самые неутешительные. Не буду скрывать. Скоро придет боль, которую мы не сможем купировать уколами. Придется повышать дозу, применять все более мощные препараты, от которых вы станете растением, вы уже не будете понимать, что происходит вокруг. Зачем вам это? Уходить надо красиво, с грохотом и фейерверками! Чтобы весь мир аплодировал стоя. У вас есть такая возможность.
– Дело в жизни. Просто в жизни. Вот в этом солнце, воздухе, зеленой травке, птичках. В красивых женщинах, черт побери! И даже в боли, потому что боль есть доказательство того, что я живу. Трудно, страшно потерять все это. Даже осознавая, что это неизбежно. Тому, кто живет, – этого не понять. Это может понять и оценить только тот, кто умирает. Кто уже на половину там…
На глазах журналиста выступили слезы. Он не хотел умирать. Просто – как человек. Он просто не хотел умирать…
– Не беспокойтесь, это произойдет ни теперь и не сразу.
– Но он ваш человек?
– Мой. И не мой. Потому что все мы под богом ходим. Простите, под богами. Разными. Но это ничего не меняет. Боги разные. Итог один. Мы лишь предполагаем…
– Когда это произойдет?
– Не знаю. Нескоро.
Журналист улыбнулся. И оглянулся. И вдохнул воздух, пахнущий травами, – да хоть бензиновым выхлопом! – и зажмурился от бьющего в лицо солнца и услышал… То что хотел услышать.
«Нескоро…» Значит, не теперь! И не завтра!
Журналисту солгали. Нагло и цинично. В глаза… Но солгали во спасение, ибо надежда – это единственное, что скрашивает будущее человека. Он смертен. Всегда!
* * *И вдруг! Как земля из-под ног! Как небо на темечко!
– Как… все… это… понять?
На Сергея смотреть было страшно. Не был он таким раньше. Никогда…
– Что понять?
– Вот! Это! – Сергей развернул планшет.
Что? Погибшие? Какие погибшие? Где?
– Там! – ответил на незаданный вопрос Сергей. – На мосту. На том самом! Жертвы! Многочисленные!
Что? Жертвы? Там?..
– Но этого не может быть! Поезд был пустой!
– Значит, не пустой!
– Может, это ошибка? Или информационный вброс?
– Для чего?
– Не знаю. Для дезинформации противника.
