Автор
Утро приходит без тени надежды: пастухи, лошади и их кони сидят навалившись на гривны своих конюшек, словно спящие чудовища. Лица усталые, мрачные - как бы из-за скопления грязи, а одежда истлела на теле от многого пути. Они ищут сухую травку, но всё вытоптано копытами лошадей за века....
– Что ты хочешь сказать Галибу?
– Я хочу просить Галиба принять к себе меня и моих людей. Мы хотим встать под его знамена, потому что Галиб – настоящий воин и слуга Аллаха.
– Что ты можешь предложить Галибу?
– Себя. И пятьдесят проверенных бойцов, которые придут вместе со мной, чтобы служить Галибу. Мы придем не с пустыми руками, у нас есть оружие, есть все необходимое для войны с неверными. Мы не станем обузою.
– Ты знаешь законы Галиба?
– Я знаю законы Галиба.
Надир усмехнулся и, задрав рукав, чиркнул себя пальцем поперек руки.
– Но лучше потерять руку, чем честь. Лучше лишиться глаза, чем видеть в своем доме неверных. Лучше остаться без головы, чем без Родины. Нас не пугают его законы, ибо они угодны Аллаху!
Галиб благосклонно склонил голову. Хорошо говорит Надир. И хорошо воюет.
Помощник взглянул на Галиба. Тот приподнял руку.
– Галиб согласен принять тебя и твоих людей. Ему нужны смелые воины! Он рад и надеется, что не ошибся в своем выборе, что вместе вы сможете победить всех врагов.
– Ты не пожалеешь, Галиб! Мы будем верно служить тебе в войне против неверных. Прими в знак благодарности этот, от чистого сердца, подарок.
И встав и склонив голову, Надир преподнес старинный, в золотых ножнах, кинжал.
И Галиб тоже встал. Подошел, протянул руки и обнял Надира. Ну, вот она и первая «ласточка». Дай бог, не последняя.
* * *Бойцы стояли на плацу строем, хотя единой униформы у них не было.
И стояли не поротно и не повзводно – стояли по родам. Где-то стояло много бойцов, где-то всего несколько.
"А слабая… То, что родовое построение воинских формирований ведет к разобщенности подразделений, к неразберихе и постоянным разборкам, кто и что должен делать, а чего – фиг вам! По отдельности они, может быть, и сильнее многих, а вот все вместе… Армия – это в первую очередь всеобщая дисциплина, а не личное мужество каждого.
Что и надо использовать.
– Смирно!
Строй подтянулся. Кто как мог. Командиры, впечатывая шаг в песок, подошли к человеку в черных одеждах, в куфии, перетянутой вкруг головы золотым шнуром. Подошли. Замерли в шаге.
– Братья! – сказал человек. – Галиб принял вас к себе, оказав тем большую честь.
