В глубине замкнутого острова крохотного мыса скрывалась опасность. Группа спецназа проявляла умеренную уверенность и спокойствие, даже когда последние ресурсы подавляли тревогу. За четыре дня на Саванге диверсионный отряд Фринов накапливали силы для решающего удара над военной базой....
Никогда в жизни майору не приходилось испытывать ничего подобного. Командир «Москита» вдруг подумал, что напрасно полез в корону красного гиганта, людям не под силу вынести такие воздействия чужой звезды. В конце концов, для любого организма существуют естественные физические ограничения, которые не переборешь никакими волевыми приказами. Человек не может жить при минус двухстах градусах. Человек не может дышать в углеродной или фторной среде. Человек не может выдержать ускорение в сто g.
Человек не должен лезть в зону таких сильных гравитационных и электромагнитных возмущений.
Уарн растекся в кресле второго пилота, превратился в какой-то жалкий кожаный лоскуток, даже уши не шевелились. Видимо, чувствительному дроглу приходилось еще хуже, чем людям.
– Полегче, командир... – с трудом прохрипел Кочеванов, но никаких шуток по поводу рискованного вояжа не отпустил.
Даже у штурмана сейчас не было сил на глупости.
Соболевский вел «Москит» в опасной близости от Гакрукса, и на всех членов экипажа воздействовало не только мощное гравитационное поле, что само по себе было неприятно – на каждого из смельчаков влияли и магнитные, и электрические поля красной звезды-гиганта.
Сильнейшие электромагнитные бури легко проникали сквозь оболочки корабля, что керамостальную, что титановую, и не существовало способа уберечь головной мозг – он страдал от невидимых шквалов даже сильнее, чем сосуды и сердце.
На каждом из членов экипажа это отражалось по-своему: у одних отнялись руки или ноги, потому что управляющие импульсы перестали проходить по нервной системе, у других из-за сверхвысокого внутричерепного давления отказали глаза и язык.
Кто-то жутко захрипел – Соболевский услышал звук в наушниках, но голова работала так странно, что опознать товарища майор не сумел. Кому там плохо? Кирилл не смог задать вопрос вслух – не хватило воли, чтобы открыть рот, позвать друзей.
Мозг работал со сбоями, словно компьютерная система, у которой то и дело пропадает питание. Только-только операционная система вознамерилась выполнить какую-то задачу, но тут – бац! – пропало электричество, все рухнуло. Затем питание появилось снова, система повторно загрузилась и начала выполнение поставленной задачи. Но помешал другой сбой в обеспечивающей сети...
