В глубине замкнутого острова крохотного мыса скрывалась опасность. Группа спецназа проявляла умеренную уверенность и спокойствие, даже когда последние ресурсы подавляли тревогу. За четыре дня на Саванге диверсионный отряд Фринов накапливали силы для решающего удара над военной базой....
Даже по сравнению с тральщиками корабль-шпион выглядел малышом, и оставалось загадкой, как мощные орудия пришельцев не испепелили его полностью, лишь превратили в изуродованный кусок металла.
Безмолвный кораблик медленно проплывал между звездолетами, вышедшими ему навстречу, и это давало возможность разглядеть детали. Все надстройки были уничтожены – исчезли и передающие антенны, и локаторы, и бугорки боевых информационных постов. Видимо, с орудиями и интеллектуальными системами БИПов враги расправились в первую очередь.
Ходовая рубка звездолета, располагавшаяся почти на носу, чуть выше центральной оси, превратилась в черную вмятину – керамосталь не выдержала адской температуры шаровых молний. Скорее всего, в цель угодила вереница зарядов, один за другим.
Еще несколько оплавленных ран виднелись в центральной части корпуса. Там оболочка не поддалась, лишь оплыла, выдержав выстрелы почти в упор, но оставалось только гадать: какая температура была в это время внутри ближайших отсеков разведывательного корабля.
...Из оцепенения всех вывел адмирал Борисов.
– Чего ждем?! – грозно рыкнул командующий. – Пока фрины из своей засады вылезут?! Работать, быстро! Проверить «Фантом»! Всех живых и мертвых – к себе на борт! Документы и компьютерные накопители данных – на борт! И сюда, пулей!!!
...Десантной партии удалось проникнуть внутрь разведывательного корабля только через носовой аварийный шлюз – створки заднего, основного, «прикипели» к корпусу, там пройти не смогли.
– Внимательнее! – попросил старший лейтенант Марков, командир группы спасателей.
В коридорах и переходах не работало даже аварийное освещение, это здорово затрудняло поиски. Свою лепту вносили чудовищные завалы из оборудования и снаряжения – при сильных взрывах вибрация корпуса звездолета оказалась настолько велика, что оторвались крепления стоек, лопнули двери встроенных шкафов. Если в центральных проходах можно было двигаться сравнительно беспрепятственно, то в боковых ответвлениях гигантские завалы проверяли шаг за шагом в надежде, что удастся найти хотя бы кого-то из членов экипажа.
Штурмана обнаружили в центральном информационном посту, около систем сбора и обработки данных, в луже крови. Он лежал возле одной из погнутых металлических стоек, на которой не осталось никакого оборудования – все смело, разбросало по стенам и палубе сильнейшим ударом.
