У вас никогда не было таких документов, – сказала Джудит, выпрямляясь в полный рост. Криса это едва ли впечатлило. – Вы сжульничали, только и всего.
Крис посмотрел на Джудит сверху вниз и усмехнулся.
– Докажите это, – возразил он.
– Не смейте так со мной разговаривать! – воскликнула Джудит, закипая от гнева. – Ведь я знаю: двадцати тысяч фунтов вам показалось мало. Вы надеялись, что насытитесь этой мелкой местью, но ошиблись. Даже купили себе новенькую машинку, чтобы унять злость. Но это вам не помогло, и поэтому вы придумали новый план. Знаете, что все это мне напоминает? Роман Эдварда Моргана «Говардс-Энд». Леонард – один из героев – умирает в конце книги, когда на него падает шкаф. Довольно удачное сравнение, ведь сэра Питера убил стеллаж с лабораторным оборудованием, принадлежавший вашему дедушке. Это убийство почти поэтично: отец сэра Питера украл будущее вашего дедушки, забрав у него стеллаж. А теперь вы с помощью этого стеллажа отомстили сыну человека, который так скверно обошелся с вашей семьей.
– Забавная история. Только это всего лишь история. В ней нет ни слова правды.
– Где вы были в три часа дня, когда умер сэр Питер?
– Значит, вы прятались в его кабинете, чтобы уронить на него стеллаж?
– Бога ради, женщина, – фыркнул Крис, – я был в «Платтс», ясно вам?
В Марлоу находилась автомастерская с таким названием.
– Что вы там делали?
– Чертова колымага плевалась дымом, – кисло произнес он. – Автомеханик сказал, что мне продали рухлядь. Я наконец-то получил компенсацию, которую всегда заслуживала моя семья, но потратил ее на машину, которая едва ездит. Смейтесь, если хотите.
– Мне кажется, тут не над чем смеяться.
– Хорошо. Потому что я тоже так думаю.
– Но есть в этой ситуации некая ирония, вы не находите? Ваш старый грузовик вечно ломался, поэтому вы купили себе новую машину, столь же неисправную. Может, вам стоит подумать о том, чтобы некоторое время передвигаться пешком?
Джудит посмотрела на Криса. В его глазах плескалась буря эмоций: мужчина пылал от гнева, но куда более занимательным Джудит показалось то, что хотя бы отчасти это чувство было направлено на него самого. Старушка почти посочувствовала неудачливому садовнику. Почти.
– Хотите узнать правду? – с горечью произнес он. – Этот мужчина лгал мне годами. Хуже – он надо мной насмехался, водил меня за нос, обещая исправить ошибку своего отца для меня, хотя никогда не собирался выполнять свои обещания. Он даже попросил меня подписать его завещание.