— Зайду, — ответил я, а про себя подумал: «Если вечером еще на свободе буду».
Раздеваясь перед сном, я вспомнил про блокнот, подобранный мной рядом с Игошиным. Блокнот оказался карманной записной книжкой с телефонными номерами и адресами абонентов. Все записи в книжке были сделаны рукой Лебедевой. Я значился у нее как «Андрей Л.». Кроме моего служебного телефона, в блокноте были записаны номер телефона на вахте общежития, почтовый адрес общежития, мой адрес в Омске.
«Мой адрес в школе милиции она переписала из старой телефонной книжки. Аккуратная девочка, ничего не выбрасывает, не то что я. Оставила она мне телефон квартиры, где ее нашли убитой, так я его уже давно выкинул и забыл».
Я стал внимательно листать записную книжку, ища знакомые адреса, но вовремя спохватился. Так весь отдых впустую можно потратить! Драгоценное время назад не вернешь, а к шести надо уже быть у Елькина «на ковре». Я отбросил все дела и лег спать. Подбирающееся к зениту солнце светило мне прямо в немытое окно.
Проснулся я около четырех. Короткий дневной отдых влил силы в уставший от ночных приключений организм. Я поел в городской столовой и прибыл на вечерний развод вовремя. Судя по свежим лицам коллег, раскрытием преступлений на своих участках они не занимались. Оно и понятно: прошлую ночь все провели без сна.
— Рассказываю новости, — встретил нас Елькин. — Временным начальником РОВД до приезда Клементьева будет полковник Николаенко из областного УВД. Начальником ОУР до выздоровления Зыбина назначен некий Литвиненко из политотдела.
— Как политработник будет нами рулить? — раздались голоса. — Конспекты по истории партии писать заставит? «Моральный кодекс строителя коммунизма» учить будем?
— Что вы разгалделись! — призвал всех к порядку Елькин. — Литвиненко собираются выдвигать на вышестоящую должность. Ему надо запись в послужном списке: мол, имеет опыт практической работы в уголовном розыске. В наши дела он лезть не станет — ума не хватит в оперативной работе разобраться. С него, кроме процентов, ничего требовать не станут, а процент мы держать умеем, так что ничего катастрофического не произошло, как работали, так и будем работать.
Обсуждая перемены в руководящем составе РОВД, мы разошлись по домам. Вечером поработать никто не остался, словно все преступления в районе за прошедшие сутки раскрыли.
Возвращаясь в общежитие, я обдумывал план, как мне забрать бандероль.
«Пока я не вскрою бандероль, арестовывать меня нет никаких оснований. Предположим, я получил посылку и пошел в общежитие. За мной хвост… Нет, так не пойдет. С бандеролью надо сесть в электричку, когда состав тронется, пройти в тамбур и вскрыть ее.