В сентябре оргию устроили только один раз, в конце месяца.
«Опа! — догадался я. — Они все ездили в колхоз картошку копать, не до гулянок было. Вот что значит ответственные советские служащие! Велела партия урожай собирать, надели фуфаечки — и пошли в поля и на овощебазы».
В конце сентября, судя по записи, в очередном мероприятии участвовало в два раза больше народу, чем обычно. «Праздник урожая» отмечали, наверное. Николаенко в тот день появлялся в последний раз.
Разбирая записи в тетради, я заметил, что невольно отслеживаю, с кем Лебедева и Николаенко проводили время и не сочетались ли они между собой знаком «плюс».
«Уж не ревную ли я Ленку к полковнику? — мелькнула мысль. — Она веселится с Академиком — мне на это наплевать, а если бы ее потащил в темный угол Николаенко — наверняка было бы мерзко на душе. Бред какой-то! Лебедева — потаскуха, каких свет не видывал, а я к ней чувства испытывать должен?»
За дверьми послышались голоса идущих на выход девушек:
— Кому теперь ее комнату отдадут? Нам точно не достанется.
«Вьюгину — вот кому было бы интересно почитать эту тетрадку! — усмехнулся я. — Представляю картину: она прикидывается порядочной девушкой, мол, до тебя, Сережа, у меня был всего один мужчина, соблазнил меня и бросил. А он ей в ответ: «Леночка, вспомни, пожалуйста, шестого августа ты с Димой П. в «Изумрудном лесу» чем занималась? Наверное, вы вместе полы мыли в гостевом зале?»
По коридору прошли мужики.
— Падла, она у меня вчера трешку заняла, а сегодня съехала! Где ее теперь искать?
«Знатная тетрадка попала мне в руки! Не за нее ли убили Ленку? Узнали, что она свистнула эту тетрадь у Журбиной, и прихлопнули ее, для профилактики — чтобы никого шантажировать не вздумала… Не подходит. Очередность не та. Вначале надо заполучить тетрадь в свои руки, а уж потом расправляться с шантажисткой».
Вторая часть тетради была отведена под учет поступающих от участников оргий финансовых средств. Тот же Дима П. перед каждой вечеринкой вносил по 200 руб. Подумать только, за один раз он тратил денег больше, чем зарплата у начинающего офицера милиции! На хлебозаводе, насколько я знаю, ни один человек 200 рублей не получает. Грузчики, бывает, заколачивают по 300 рублей, так они за эти деньги в выходные стокилограммовые мешки из вагонов разгружают.
ЖН денег не вносил. На халяву всем пользовался! На месте Журбиной я бы с него тоже плату не брал. Бывший подельник, вместе пространство для маневра расчищали.
